Я скривился. Это не очень хорошие новости. Он им голову заморочит и выйдет чистеньким как ни в чем не бывало.

Вот только успею ли я известить того же Гласса? Положив нож, я быстро сполоснул руки и отправился искать Илью Сергеевича, чтобы попросить его с самого раннего утра отправить курьера с письмом барону.

Дворецкий нашелся в своем кабинете, бесстрастно посмотрел на меня и протянул бумагу и перо.

Набросав короткую записку и отдельно отметив важность Соколова для особого отдела, я запечатал конверт и черканул адресата. После чего вернулся на кухню.

Когда я пришел, Лерчик почти закончил чистить картошку. Поколдовав в очередной раз над включением плиты, мы засели с бокалами за столом и стали ждать.

За анекдотами и историями из жизни полчаса пролетели незаметно.

А вот остальные двадцать минут были суровым испытанием. Запах от ребрышек стоял на всю кухню.

У меня аж рот слюной наполнился и свело желудок.

В какой-то момент пришлось даже защищать духовку от Лерчика, который грозился съесть мясо с кровью. Но я выстоял.

Урча на два голоса животами, мы, наконец, вытащили форму и открыли крышку.

— Святые наместники! — воскликнул Лерчик. — Да ты и вправду умеешь готовить!

— Мужчина должен уметь готовить. Хотя бы что-то простое. Яичницу, например.

— Готов проглотить мясо прямо с костями, — облизнулся он. — Давай прям отсюда есть, а?

— Лер, мы же все-таки приличные люди. Доставай тарелки.

В одно мгновение на столе появилась посуда. Как раз и картошка закипела.

Следующие десять минут прошли как в тумане. Мы ели так, что за ушами трещало.

«А руки-то помнят!» — не без гордости подумал я.

— А что это за странная трость, с которой ты приехал сегодня? — вдруг спросил Лерчик, глянув в угол кухни, где я оставил свою обновку.

— Да вот, Лука Кузьмич подарил, только это скорее посох.

— Боевой? Как у самых настоящих магов? А огнем он пуляется? — затаив дыхание спросил Субботин.

— А я, кто по-твоему? Не маг, что ли?

— Маг-то маг, но боевой посох бывает только у всяких там магистров.

— Вот кто тебе это сказал?

— Я в книжке прочитал!

— Тогда сделай вид, что я тот самый магистр, потому что боевая палка у меня есть. Но огнем не пуляется, — передразнил я его.

— А что она умеет? — азартно блеснул глазами Лерчик.

— Сам пока не понял.

— Так это же надо проверить! — он поднялся, бросив на стол салфетку. — Пошли в лес!

— Сначала уберем тут все, а потом, какой лес на ночь глядя?

— Там барышни, костер и приключения. Они нас ждут, а мы тут посуду моем, — проворчал Лерчик. — Даже смешно звучит.

— А ты быстрее руками работай, быстрее пойдем! — хохотнул я и прикончил остатки вина.

В голове уже шумело, и идея пойти в лес уже не казалась такой глупой.

Мы даже умудрились не разбить ни единой тарелки, пока убирались! А затем бесшумными, как нам показалось, тенями, вышли из замка через боковую дверь.

Ночь не смогла охладить наши разгоряченные головы, и мы продолжили свой путь. Лерчик вел меня какими-то кругами, но так или иначе, мы все равно оказались на опушке.

Где-то впереди слышалась веселая песня. И, конечно же мы рванули туда.

Метров за двадцать, когда среди деревьев стал отчетливо виден костер и окружившие его девушки, мы притормозили, резонно не желая на полном ходу выскакивать из леса и распугать прекрасных нимф.

Чем ближе мы подкрадывались, тем яснее я различал слова, и мне вдруг показалось, что это совершенно не песня.