— Лапин Игорь Дмитриевич, — торопливо сказал Гусаренко. — Он приехал за Соколовым Степаном Николаевичем.

При упоминании имени разумника мы напряглись, но сотрудники правопорядка не двинулись с места. Значит, это не очередная подлость от Соколова.

— Когда это было? — спросил я.

— Сегодня рано утром, — Алексей Олегович наклонил голову и заинтересованно глянул на двери позади нас. — Он там? Вы там его держите?

Его люди сразу напряглись, готовые в любой момент броситься в бой.

— Это помещение в настоящее время оцеплено до приезда уполномоченных лиц, — жестко сказал я, прикидывая, хватит ли у меня сил заморозить всех служителей правопорядка.

— Что? Оцеплено? — подозрительно прищурился Гусаренко. — Кто отдал такое распоряжение?

— Я.

— А кто вы?

«Я уж думал, не спросит, олух».

— Начальник особого отдела, его высочество князь Эгерман Владимир Иванович, — грохнуло позади сотрудников правопорядка.

От этого они невольно вздрогнули и расступились.

— Алексей Олегович, — Мишин прошел сквозь служителей и остановился возле Гусаренко, — что тут происходит? Почему вы собираетесь арестовывать сотрудников соседнего ведомства?

— Влад Юрьевич? Не ожидал вас здесь увидеть, — голос начальник стал очень вежливым, а сам он даже выпрямился. — Да мы и не собирались арестовывать! Приехали только выяснить, кто насильно удерживает Лапина Игоря Дмитриевича!

— Лапин? — поморщился Мишин и обернулся ко мне. — В зале я его не видел.

— Как он хоть выглядит? — спросил я.

— Крепкий старикан, с суровым нравом.

— Нет, такого не встречали. Мы по зданию человек десять повязали, но так и не дошли до второго этажа и тюремных камер. Может быть, он еще там.

Мишин внимательно меня выслушал и глянул на застывшего Гусаренко.

— Чего стоите? Вперед! Сами слышали — второй этаж и тюрьма. Бегом марш! — рявкнул Влад Юрьевич, и Гусаренко невольно потупился, кивая своим сотрудникам.

Через полминуты их шаги стихли где-то в районе лестницы. Я уважительно посмотрел на Мишина и вдруг подумал, что даже не знаю его должности.

Впрочем, это недоразумение мы быстро разрешили. Поймав мой ошарашенный взгляд, Мишин усмехнулся и сказал:

— Вы меня не узнали, да? Я второй министр военной палаты. Заехал поболтать со своим другом, начальником всего этого, — он обвел взглядом коридор и договаривать не стал.

— Министр? — моргнул Дмитрий и быстро выпалил: — Господин министр, приглашаю вас в семейный банный комплекс князей Уколовых для проведения мероприятий, направленных на общее оздоровление и поднятие морального духа!

— А почему бы и нет? — рассмеялся Влад Юрьевич, глядя, как Сергей ткнул локтем брата. — Что ж я, с боевыми товарищами и хорошего веника не разделю?

В этот момент я понял, что у меня появились хорошие связи с высоким начальством.

Пока служители правопорядка обыскивали другие этажи, мы подперли двери в конференц-зал тяжелым диваном и вышли в главный холл.

И как раз вовремя.

Потому что главные двери военного управления вздрогнули от неожиданной атаки снаружи.

Я уже устал удивляться, честное слово!

— И кто к нам в гости пожаловал на этот раз? — проворчал Мишин и резко дернул замок и сразу же отскочил.

В то же мгновение по двери прилетел новый удар, и они распахнулись, с грохотом влетев в стены. От этого одна створка съехала набок и уныло повисла на нижней петле.

Внутрь управления ввалился здоровенный мужик в форме охранника императорского дворца. Он, ни секунды не размышляя, вскочил на ноги и принял боевую стойку.