– Он хочет видеть дочь, – сообщил Глина Гомеру в конце дня. – Он сам мне это сказал. Просто хочет видеть и все. Сказал, что пальцем ее не тронет.

– Передай ему, хочет видеть дочь, пусть идет к нам, – ответил Гомер.

Вечером, когда все ужинали, включая Роз Роз, на кухню вошел один Глина. Кенди пригласила его за стол, тот, явно нервничая, отказался.

– Он сказал, что никуда не пойдет, – обратился Глина к Гомеру. – Сказал, пусть она возвращается. Сказал, что у нас свои правила. И что ты, Гомер, тоже нарушил свои.

Роз Роз сидела не шелохнувшись, даже перестала жевать, ловила каждое слово, сказанное Глиной. Анджел взял ее руку, холодную как лед, но она вырвала ее и, обмотав обе руки салфеткой, опустила их на колени.

– Глина, – сказал Уолли, – передай ему, что Роз Роз сейчас у меня в доме и подчиняется моим правилам. Скажи ему, что он может прийти сюда в любое время.

– Он не придет, – ответил Глина.

– Я пойду поговорю с ним, – решила Роз Роз.

– Ты никуда не пойдешь, – сказала Кенди. – Пожалуйста, Глина, передай ему, он увидит дочь здесь или нигде.

– Хорошо, мэм. Я привез велосипеды, – повернулся он к Анджелу. – Только они немножко сломались.

Анджел пошел взглянуть на них, и тут Глина протянул ему нож.

– Это не тебе, – сказал Глина. – Отдай его Роз Роз. Скажи, я его принес. Для нее. Просто так. Пусть у нес будет нож.

Анджел повертел нож в руках. Обыкновенный складной, с костяной ручкой, в одном месте отбитой, с замком, фиксирующим лезвие, чтобы оно случайно не захлопнулось и не поранило своего обладателя. Лезвие длиной около шести дюймов, такое не спрячешь ни в одном кармане. Узкое и острое, как бритва, оно не раз видело на своем веку точильный камень.

– Тебе он не нужен? – спросил Анджел.

– Не знаю, что с ним делать, – признался Глина. – Еще попадешь с ним в беду.

– Ладно, я отдам ей его, – сказал Анджел.

– Отец сказал, что любит ее и просто хочет видеть. Просто хочет видеть, – повторил он дважды. – Скажи ей это.

Анджел немного поразмыслил об услышанном и тихо сказал:

– Я тоже люблю Роз Роз, Глина. Ты ведь знаешь.

– Знаю, – кивнул тот. – И я люблю. Мы все ее любим. Все любят Роз Роз. В этом ее несчастье.

– Если мистер Роз просто хочет видеть ее, зачем ей нож? – спросил Анджел.

– На всякий случай пусть будет.

Анджел отдал Роз Роз нож, когда они сидели после ужина у него в комнате.

– Глина дал. Это его.

– Я знаю чей, – сказала Роз Роз. – Я знаю все ножи, у кого какой.

Хотя нож был не пружинный, Роз Роз, к изумлению Анджела, открыла его одной рукой с быстротой молнии.

– Смотри, что Глина с ним сделал, – рассмеялась она. – Заточил насмерть. Пол‑лезвия осталось.

Она закрыла нож, ударив его о колено, ее длинные пальцы так проворно двигались, что Анджел не заметил, куда она его дела.

– А ты здорово умеешь обращаться с ножами, – покачал головой Анджел.

– Отец научил, – сказала Роз Роз. – Он меня многому научил. Всему.

Анджел придвинулся к ней, но в глазах Роз Роз нежности больше не было.

– Я ведь говорила тебе, – сказала она, как говорят с ребенком, – не связывайся со мной. Я никогда ничего не расскажу тебе про себя. Тебе это не нужно знать. Правда, поверь мне.