— Понял, учту, спасибо, — уже спокойным голосом произнёс эпидемиолог. — Что-то я запаниковал на ровном месте, вы абсолютно правы, Александр Петрович. Будем работать.

Уже в гораздо более бодром состоянии он вышел из машины и твёрдой походкой направился к двери управления эпидемиологии. А я поехал в госпиталь, пациенты уже ждут меня под дверью манипуляционной.

После работы я приехал к Насте без предупреждения. Такая же стабильность картины, как и в кабинете Обухова. Только она не сидела за столом, склонившись над ворохом документов, а корпела над кульманом.

— Опять надо куда-то ехать? — спросила девушка, не отрываясь от работы.

— Я вроде ничего подобного не говорил — усмехнулся я, разглядывая очертания будущего шикарного особняка.

— Да я уже чувствую, что ты снова что-то задумал, — сказала она, улыбаясь, и чмокнула меня в щёчку. — Я же тебя чувствую.

— Пока что сформированных мыслей по этому поводу не намечалось, — ответил я. — А у тебя снова срочный заказ, который нужно привезти в управу к полуночи?

— К счастью, нет! — рассмеялась Настя. — Это частный заказ.

— И чей же будет этот скромный трёхэтажный особняк площадью более трёх тысяч квадратов? — поинтересовался я. — Скромного начальника таможни? По-моему, он ненамного меньше будущего здания таможни.

— А вот и не угадал! — снова рассмеялась Настя. Люблю её заливистый смех, ради этого готов городить что угодно, лишь бы она чаще смеялась. — Это заказ князя Волконского. Ко дню его свадьбы с Зоей Матвеевной Дементьевой построить конечно не успеют, но чертежи он ей уже сможет показать.

— Судя по тому, что Михаил Игоревич в Питере бывает уже гораздо чаще, чем в Москве, он решил пойти на покой? — предположил я. — Возраст к этому уже благоволит, но сам факт особо не радует.

— Я от него такой информации не слышала, — пожала Настя плечами. — Но то, что он в Питере решил обосноваться как следует, вполне очевидно. А почему ты не хотел бы, чтобы он уходил в отставку?

— Потому что он гарантировал неприкосновенность Кати и Марии, — сказал я задумчиво. — А если он отойдёт от дел, ситуация имеет все шансы резко измениться.

— Может ты тогда спросишь у него при встрече? — спросила Настя, нахмурившись. — Мы же идём к нему на свадьбу в следующую субботу, верно? А то он у меня спрашивал.

— Спасибо, что напомнила, — улыбнулся я. — Осталось только придумать, что подарить человеку, у которого всё есть. Только на свадьбе спрашивать о таком как-то не хорошо.

— Ну ты же не при гостях, отойдёшь с ним куда-нибудь в сторонку и поговоришь, — предложила Настя.

— Он человек понимающий, — кивнул я. — Можно попробовать. Надо ещё спросить так, чтобы его не обидеть. А особняк красивый получается, вполне достойно для такого большого человека.

— Я старалась, — улыбнулась Настя. — Рада, что тебе понравилось, надеюсь и ему понравится.

— Обязательно понравится, — сказал я, приобнимая её и поцеловал в щёчку. — Вот увидишь. И вообще, скоро ты станешь самым преуспевающим архитектором в Питере.

— Перспектива радужная, — улыбнулась Настя. — Но тогда ты меня только возле кульмана и будешь видеть.

— У меня есть по этому поводу предложение, — сказал я. — Тебе нужно открыть собственное архитектурное бюро. Подобрать грамотный персонал, а самой заниматься только контролем и проверкой работ перед выходом. Будешь давать работникам техзадание с рекомендациями по его исполнению, пусть работают.