— Согласен, — аналогичным шепотом присоединился к разговору мужчина, сидящий по другую руку от Альвара. — Не вижу смысла его дальше ломать. Если хотите, можете считать меня добрым.

— А с… омовением, — подключился третий голос, — вы, кажется, переборщили. Не правильно это как-то… Совсем не правильно.

— Ты про «правильно» — «неправильно», вообще не зарекайся, — ответил зачинщик всего этого разговора. — Нет у нас таких понятий. Альфонс вот вообще изо всех сил искренне влюбленного в какую-то мерзкую старуху из себя изображал в свое время. В постель с ней ложился… А это тоже не очень-то приятная процедура была, наверное… Все, закрыли тему!

— Кхе-кхе. — Сидящий неподалеку и с аппетитом наворачивающий похлебку из миски блондин откашлялся в кулак, давая понять, что данная тема для разговора ему искренне неприятна, и он не против, чтобы эта дискуссия прервалась.

Тему действительно закрыли. Все темы.

Командир подразделения молчал, однако по его лицу было видно, что он тщательно, что-то обдумывает.

Так прошло еще примерно час или полтора.

.***

Это был провал. Марка просто выдернули из его укрытия, под руки дотащили до костра, усадили напротив огня, накинув на плечи какую-то не то куртку, не то шаль, и сунули в руку алюминиевую кружку с чем-то горячим, и, судя по запаху, вкусным. То, что в него никто не собирается стрелять, дошло до нашего героя далеко не сразу.

* * *

— Башку свою вперед наклони и не дергайся, — приказал кто-то сзади. Пилот послушался и почувствовал на затылке жжение. Достаточно сильно, надо заметить. Но Марку было на это плевать. Ему сейчас было практически на все плевать.

— Хм! — констатировал все тот же «лекарь» и недовольно несколько раз после этого цокнул языком. — Печально.

— Что там? — сухо поинтересовался бывший инструктор нашего героя по специальной подготовке.

— Всю рацию кровью залило и грязью засыпало, вычистить бы, по идее, надо основательно. Плюс гематома. Да и вообще, тут все хоть и не смертельно, но печально.

— Выводы?

— По идее или по уму?

— По идее.

— По идее, он вполне способен продержаться еще. Ничего смертельного тут нет. А в больничке так и вовсе за два часа в порядок привести можно. Даже следов не останется.

Экзаменуемый почувствовал, как его голову начинают бинтовать. Быстро и весьма умело. Но и на это ему тоже было плевать.

«Они сразу могли меня поймать и просто со мной игрались… Они просто игрались… — вертелись у Марка в голове, перемежаемые с самой нецензурной лексикой, на которую он только был способен, мысли. — И об… опозорили тоже специально…»

Теперь на будущем пилота, как, впрочем, и будущем всего проекта «Тантра» можно было ставить крест. Хотя… Пилот поймал себя на мысли, что если он прямо сейчас сорвется и кинется в ночь, то у него, возможно, еще будет шанс. Или не будет. Они ведь знали, где он лежит, значит, без проблем поймают еще раз.

Такого ощущения беззащитности Марк не испытывал с того момента, когда умер его дед, и будущий пилот остался совершенно один на этом свете.

* * *

— Эй, друг, ты чего завис? — кто-то дружески хлопнул Марка по плечу, но мужчина никак на это не отреагировал, в очередной раз заочно прощаясь со своей Пчелкой, которую он, скорее всего, больше уже никогда не увидит.