Льюис нажал по тормозам, машина засвистела колодками и задрожала, пульсируя от педали по всей ноге.

Подросток смотрел на него большими от страха глазами, Льюис вцепился в руль. Между ним и капотом машины не было и сантиметра. Он чуть не переехал его!

– Джиджи! – раздалось из окон ближайшего дома. – А ну быстро домой!

Мальчишка не двигался с места, шок пробежал нервным тиком по его испуганному лицу, Льюис тоже дрожал.

– Джиджи, – окликнули его снова, – иди домой!

Пацан вздрогнул и отошёл.

Льюис поехал дальше и всё смотрел на него в зеркало дальнего вида. Пока мальчик не скрылся за дверью.

Он долго искал этот адрес. Он несколько раз проезжал мимо и возвращался опять, пока вдруг не понял, что этот двухэтажный дом и был жилищем Доусона.

Вокруг забора бегали дети, отец семейства косил газон, а жена гладила огромный живот: она вот-вот разродится четвёртым.

– Извините, – спросил Льюис, выглядывая из машины, – Доусон тут не живёт?

Мужчина выключил газонокосилку и снял наушники с ушей.

– Что, простите?

– Доусон здесь не живёт?

– Нет, мы построили дом три года назад.

Льюис не видел ничего из-за слёз.

– Что-то не так?

– Нет, – отмахнулся он и закрыл окно, – всё в порядке…

Значит, дом Доусона перепродали. Льюис его потерял.

Только сейчас он понял, что надо было проследить за ублюдком, когда тот сел в автобус. Кто знает, где он сейчас и кто из-за того под угрозой, из-за его нерешительности. Как можно быть таким тюфяком, испугаться умалишённого? Льюис разжал кулак. На порванном смятом листке – несколько мелких цифр.

В динамике телефона протяжно-тяжёлые гудки, ещё один и ещё…

– Что, не нашёл его? – Он услышал всё тот же голос.

Льюис молчал от досады.

– Небось стоишь сейчас на той улице и локти кусаешь? Думаешь, просто прошляпил, в голову не пришло? Нет, парень, ты просто трус.

Льюис нажал на отбой. В висках больно стучало, сердце разрывалось на части. Ему бы сейчас отдохнуть, снять с себя этот груз.

Льюис достал кошелёк, пересчитал наличные – должно хватить. Вытащил старую купюру, с краю на ней кривым почерком – номер её телефона.

В трубке знакомый голос – женский, надрывистый, нервный, на заднем фоне шумит телевизор.

– Алло, – пошло-протяжное.

– Элиз…

На том конце пауза.

– Элиз…

– Ах ты, сукин сын!

– Ты ждёшь меня, Элиз?

– Чтоб ты сдох, подонок!

– Ты же всё там же, на той квартире, не съезжала никуда?

– Если ты припрёшься ко мне, живым ты уже не выйдешь, понял?

– Я скоро буду, Элиз.

Льюис нажал на отбой и дал по газам.

«Гриндейл» на старой табличке остался далеко позади.

Город встретил его ночными огнями, было уже без четверти час, когда он вернулся назад.

Дом, где жила Элиз, освещался вывеской магазина между первым и вторым этажами. Льюис стоял у подъездной двери и набирал нужный номер квартиры. Гудки и молчание, гудки и… дверь кто-то открыл, вышли пьяные двое, Льюис успел прошмыгнуть.

Уже с порога он слышал тот запах, особый запах её волос. Как такое возможно, чтобы весь подъезд ею пропах? Его немного штормило, кто-то спускался вниз, задел его и прошёл, Льюис споткнулся и чуть не упал.