Никакой борьбы не было. Незнакомец был так ошарашен молниеносным и, главное, бесшумным нападением со спины, что даже не пытался сопротивляться. Одной рукой обхватив его за туловище, а другой зажав ему рот, Эрнан негромко бросил через плечо:

    -  Ко мне, друзья. И закройте дверь. Но потише.

    Не создавая лишнего шума, Филипп и Бланка вошли в переднюю.

    -  Отлично сработано, - шепотом произнес Филипп, затворяя дверь. - Никакого переполоху. Если это не тот, кого мы ждали…

    -  Тот он, тот, - уверенно ответил Эрнан. - Во как дрожит весь! Но, увы, это не граф Бискайский. Знать, его светлость не изволили самолично явиться к сестре.

    Тут дверь в прихожую распахнулась и на пороге появилась княжна Жоанна. Она была одета точно так же, как Бланка, то есть в длинный пеньюар.

    -  Господа!.. Кузина!..

    -  Извините за беспокойство, сударыня, - сказал Эрнан. - Но мы вам кое-кого привели. Посторонитесь, пожалуйста. - И он втолкнул незнакомца в небольшую, хорошо освещенную прихожую.

    -  Ричард! - тихо вскрикнула Жоанна. - Вы!..

    -  Ба! - изумился Филипп, вслед за Бланкой и Эрнаном проходя в комнату. - Это же Ричард Гамильтон!

    -  Ну да, - прохрипел барон, с трудом переводя дыхание; от излишнего усердия Эрнан едва не задушил его. - Но я не понимаю…

    -  А-а, вы не понимаете! - саркастически произнес Шатофьер. - Так, может, объясним ему, друзья? Объясним этому доблестному и благородному рыцарю, зачем он в столь поздний час тайком пробирался в покои дамы?

    Жоанна густо покраснела и опустила глаза.

    -  Это вас не касается, господин граф, - огрызнулся Гамильтон. - Это мое личное дело.

    -  Ваше личное дело, подумать только! А то, что вы хотели сделать с госпожой Жоанной, тоже ваше личное дело?

    Жоанна пронзительно ойкнула и пошатнулась. Гамильтон стремительно бросился к ней и бережно усадил ее в кресло.

    -  Замолчите же вы, негодяй! - рявкнул он, грозно сверкая глазами. - Думайте, что говорите!

    -  Это я негодяй?! - возмутился было Эрнан, но тут Филипп, тихо посмеиваясь, положил ему руку на плечо.

    -  Успокойся, дружище, ты ошибся. Ты даже не представляешь, как ты ошибся! Барон никакой не злоумышленник - он любовник.

    -  А?! - произнесла Бланка и изумленно уставилась на Жоанну.

    Та еще больше смутилась и глубже вжалась в кресло. Гамильтон вновь сверкнул глазами.

    -  Вы слишком любопытны, господа!

    -  Одну минутку, барон, - примирительно сказал Филипп. - Не петушитесь. Поверьте, мы вовсе не собирались вмешиваться в ваши личные дела.

    Он подтянул ближе два кресла, в одно из которых села Бланка, а сам устроился в другом. Между тем Эрнан с облегченным вздохом развалился на соседнем диване.

    -  Так вот о каком сюрпризе намекала Елена, - задумчиво промолвила Бланка, попеременно глядя то на Жоанну, то на Гамильтона. - Однако же!.. Вы что, барон, рассчитываете жениться на кузине?

    Гамильтон побагровел. Он все еще стоял возле кресла Жоанны; руки его судорожно сжались в кулаки.

    -  Сударыня, - с достоинством заговорил он.