– Его пейджер все еще находится в его собственном офисе, – сообщила Кэри.

Алекс ожидал услышать что угодно, но только не это.

– Так почему же, черт возьми, он не отвечает? – неприятное подозрение появилось раньше, чем Алекс принял решение. – Дайте медицинский канал. Сделаем полный обзор.

Этому воспротивилась Миллисент:

– Но это вторжение в личную жизнь…

– У меня нет допуска на этот счет, – заявила Кэри.

Алекс достал из бумажника белую пластиковую карточку и протянул ее ассистентке.

– У меня есть разрешение.

Кэри вставила карточку в узкую щель на пульте, и вскоре на экране появились цифры – медико‑биологическая информация о Хармони.

– Так. Начнем, – Кэри стала считывать информацию. – Пульс девяносто восемь… Очень высокий. Давление тоже выше нормы. Температура… температура, наоборот, очень низкая. Что‑то с ним, шеф, не в порядке.

Алексу все было предельно понятно: Хармони был попросту пьян.

189

– Не надо никакого аварийного сигнала, – произнес он. – Я разберусь на месте.

– А я останусь здесь? – спросила Миллисент.

– Так будет лучше.

* * *

Офис Тадеуша Хармони находился в «Ночной Башне», самом высоком здании Парка. Тадеуш появился там восемь лет назад после непродолжительной работы в компании «Коулз Сиэтл» и долгой службы в какой‑то военной лаборатории.

Учитывая всю важность и значительность должности Хармони, можно было ожидать, что дверь в его офис будет куда массивнее, а общий вестибюль куда просторнее. Но все оказалось намного скромнее, и Алекс с трудом нашел вход в секретарскую.

Кэри утверждала, что Хармони остался в офисе, но не в рабочем кабинете, а в персональных апартаментах, какие полагались для боссов его ранга. Алекс не сомневался, что помощник директора спрятался от всех сотрудников, но был уверен, что он, как шеф Службы Безопасности Парка, мог потревожить своего коллегу в любое время дня и ночи.

На обычный звонок в дверь Хармони не ответил. Оставалось воспользоваться карточкой аварийного доступа. Алекс провел ею по электронному сканеру, ответил на несколько вопросов компьютера и стал ждать. Через несколько секунд дверь открылась.

В апартаментах Хармони было невыносимо жарко. Главный камин работал, как доменная печь.

Помощник директора полулежал в высоком кресле, нежно обнимая высокий стакан. При виде посетителя его грубые черты лица потяжелели.

– Алекс? – произнес Хармони то ли с удивлением, то ли с раздражением. – Вы так и собираетесь стоять в дверях или все‑таки войдете и нальете себе стаканчик?

– Я… – Алекс замялся. – Я на работе.

– Вы не на дежурстве, – Хармони покачал головой. – Никто не работает.

– Почему же? – спокойно ответил Алекс. – Я на дежурстве.

– Тогда уйдите с дежурства.

– Мне надо с вами поговорить.

Неожиданно Хармони повысил голос:

– Я не разговариваю, черт возьми, с теми, кто на дежурстве! Вы можете поговорить со мной, только если вы не на своей дурацкой работе!

Делать было нечего. Алекс прошел к мини‑бару, налил себе виски с содовой и сел напротив Хармони. На лице помощника директора играли отблески каминного пламени, а его глаза среди жаркой и душной атмосферы помещения казались двумя неподвижными льдинками.

Неумолимо звонили телефоны, но Хармони ни разу не поднял трубку.

– Они даже не дадут забыться, – помощник директора грустно усмехнулся. – Они окунут тебя в дерьмо, заставят его проглотить и при этом даже не позволят ополоснуть рот.