— Уже поздно, — говорит Кейт. — Мне утром на работу.

— У меня ведь день рождения… — обиженно куксится Беа.

Зачарованная музыкой, она стоит рядом и с закрытыми глазами танцует, подняв наверх руки. Смотреть на нее одно удовольствие.

Кейт разрывается: и домой действительно пора, и Беа расстраивать не хочется. Она объясняет нам с Джошем, что с самого утра у нее завтра операции, а она и так сегодня весь день провела на ногах, да еще и усыпление проводила, поэтому сил ни физических, ни душевных уже нет.

Мне, в отличие от остальных, завтра никуда не надо, и я предлагаю Джошу:

— Давай ты подбросишь Кейт до дома, посмотришь, как там Дилайла, спать уложишь, а я останусь выпить с Беа еще по коктейльчику.

— Ты серьезно? — радостно спрашивает Кейт.

— Абсолютно, — говорю я и получаю в ответ благодарное объятие.

Джош наклоняется ко мне и шепчет на ухо слова, от которых по всему телу тут же пробегают мурашки:

— Разбуди, когда будешь дома, — если понимаешь, о чем я… — Он отстраняется, не сводя с меня страстного взгляда, а потом целует, и я чувствую на его губах вкус пива.

Пробираясь сквозь толпу, они с Кейт уходят, а Беа тем временем берет меня за руку и тянет танцевать.

Музыка в паре с алкоголем совсем меня опьянили — водки сегодня бармен не жалел.

— Спасибо, что осталась со мной!

— А как же иначе? Не каждый день исполняется тридцать!

Слова вязнут во рту, голову кружит эйфория.

Мы продолжаем танцевать. Рядом появляется какой-то шатен, хочет потанцевать со мной, Беа его отшивает, и мы с ней сгибаемся от смеха — я хохочу так, что животу больно.

Когда мы возвращаемся к столику, официант приносит еще выпивки. Вскоре мы просим счет и расплачиваемся.

Идем на парковку к машине. В таком состоянии, конечно, нам обеим не стоило бы садиться за руль, но Джоша я не могу попросить за нами приехать, потому что тогда ему придется будить детей, а Беа не может позвонить Кейт, потому что той рано вставать.

— Гляди-ка! — восклицает вдруг она, показывая вверх — улицы города, словно звездами, испещрены миллионами белых огоньков.

Ночной воздух наполнен прохладой, и Беа зябко прижимается ко мне.

Мы поднимаемся на лифте — едет медленно, еще и скрипит, в углу валяются жестяные банки из-под газировки, а пол весь липкий. Наконец двери открываются, мы выходим и ищем глазами автомобиль Беа. Его нигде не видно.

Вдруг она начинает хохотать.

— Ты чего? — не понимаю я.

Оказывается, не тот этаж. Почему-то нам становится от этого до слез смешно, и мы снова покатываемся со смеху, а затем, вернувшись в лифт, спускаемся. Двери открываются, выходим — а вот и машина.

Садимся. Беа заводит машину, включает радио, и мы поем. Меня переполняет веселье и приятное чувство опьянения. Беа по спирали выезжает на улицу.

Говорят, большинство аварий происходит в пяти милях от дома.

Не думала, что подобное может случиться и с нами.

Кейт

Одиннадцать лет назад Май

За несколько дней происходит три события. Во-первых, благодаря тесту на отцовство, который с разрешения Джейсона запросила полиция, выясняется, что тот вовсе не отец малышки Грейс. Как оказалось, супружеской верностью что Джейсон, что Шелби не блистали.

Днем позже звонит медсестра от доктора Файнголда: пришли результаты моих анализов.

— Мне очень жаль, дорогая, — говорит она, — но у меня печальная новость. Вы не беременны.

— Спасибо, что сообщили… — якобы поникшим голосом бормочу я в ответ и кладу трубку.