Джош мгновенно бледнеет.

— Откуда ты знаешь? — спрашивает он, и я рассказываю все как было. Джош с недоверием переводит взгляд то на Беа, то на меня. — Значит, вы говорили с Джейсоном Тибоу? Неосторожно вы как-то… А если именно он убил Шелби? Вдруг он и вас убил бы?

Мы с Беа не находим, что ответить. Джош нервно проводит рукой по волосам — его не на шутку пугает мысль, что Мередит оказалась замешана в какую-то опасную историю. В глазах Джоша читается отрицание, тревога: а ведь когда-то Мередит от него ничего не скрывала… Пусть, как и всегда, не называя имен, но должна же она была хотя бы упомянуть, что ей придется давать показания против врача.

— И что же, — нарушает тишину Джош, — вы серьезно думаете, что и с Мередит, и даже с Дилайлой что-то сделал тот самый доктор?

— Мы просто рассказали тебе всё, что знаем. — Я стараюсь говорить как можно мягче, ведь прекрасно понимаю, что Джошу страшно, что он весь извелся, места себе не находит… Мне и самой страшно.

Джош делает глубокий вздох.

— А возможно, — рассуждает он вслух, — это Джейсон Тибоу хочет, чтобы вы так думали. Возможно, он просто соврал.

Согласна, и такое возможно. Я Джейсона не знаю — мне не с чего ему верить. Как по мне — что он, что доктор Файнголд, оба не без греха. Однако слова Джейсона подтверждает рассказ акушерки. Ей-то зачем врать?

— Мы сами не знаем, что думать, Джош, — говорит Беа. — Но верим, что Мередит с Дилайлой в целости и сохранности.

— И все же… — вклиниваюсь я. Не хочется быть паникершей, но кое-что все-таки не стоит оставлять без внимания. — Шелби и Мередит знали друг друга. Разве это не странно?

Джош с Беа молча смотрят на меня, хотя очевидно, что это больше, чем странно, — это страшно. Раз Шелби убита, Мередит и Дилайле грозит серьезная опасность. Нужно скорее их найти — если, конечно, еще не поздно.

Мередит

Одиннадцать лет назад Март

— Доброе утро! — весело говорит Джош, входя на кухню в темно-сером полуприлегающем костюме. Его лицо светится улыбкой и уверенностью.

Уже успев принять душ и одеться, я стою у плиты, жарю блинчики и бекон. Джош подходит ко мне сзади и заключает в объятья, обдавая вкусными ароматами крема для бритья и одеколона.

— Как спалось? — спрашивает он.

— Нормально, — лукавлю я.

Спалось так себе, а вставать пришлось рано, к тому же теперь я переживаю, как там Шелби. То и дело проверяю телефон; с трех часов ночи новых сообщений так и не приходило.

— А тебе? — поворачиваюсь я к Джошу.

— Спал как младенец, — говорит он и тянется меня поцеловать. Его поцелуй совсем не похож на тот чмок, на который, как правило, нам только и хватает времени, пока не прибежали дети. На этот раз Джош целует меня нежно, неспешно, и я понимаю, как сильно соскучилась по такой простой вещи, как целовать собственного мужа. Все остальное вдруг уходит на второй план, и даже моя накопленная за несколько дней тревога на мгновение исчезает.

Тут сверху из туалета доносится шум сливаемой воды — в доме закипела жизнь, и с минуты на минуту спустится Дилайла или Лео, смотря кто из них проснулся. Джош, улыбаясь, отстраняется.

— Ну что, какие на сегодня планы? — интересуюсь я.

— Завершаем сделку с важным клиентом. Надеюсь.

Над этой сделкой Джош вместе с командой трудятся уже давно — для его карьеры она невероятно важна.

— Во сколько встреча?

— В одиннадцать.

— Что ж, удачи! — подбадриваю я.