– Мне очень жаль, потому что у меня есть предчувствие, что мы здесь застряли надолго.

– Может быть, и нет, – сказала девочка.

Мышка уставилась на нее.

– Ну‑ка, ну‑ка?

– Не очень далеко отсюда есть очень симпатичная планета, – продолжала Пенелопа. – Я думаю, что там Марианне было бы намного веселее.

– И кто, по‑твоему, собирается отпустить Марианну на эту очень симпатичную планету? – осторожно спросила Мышка.

– Не знаю, – ответила девочка. – Кто‑нибудь.

– Кто‑нибудь вроде Янки Клиппера? – настаивала Мышка.

Пенелопа покачала головой.

– Нет, не думаю.

– Я знаю, Пенелопа, он кажется очень приятным человеком, но он очень опасен.

– Он тебя не обидит, – сказала Пенелопа. – Ты мой единственный друг. – Внезапно она вспомнила про Марианну. – В любом случае ты мой лучший друг. Я никогда никому не позволю тебя обижать.

Мышка печально улыбнулась:

– По идее именно это должна была бы я сказать тебе.

– Прости, – вспыхнув, сказала Пенелопа. – Я не хотела говорить начальственно. Только не с тобой.

Мышка встала, прошла по широкому пространству ковра, разделявшего их, и крепко ее обняла.

– Ты говоришь вовсе не начальственно, Пенелопа. Ты обо мне заботишься, а лучше этого не придумаешь. Я просто не хочу, чтобы ты влезала в неприятности. У тебя есть чудесный дар, но ты все еще маленькая девочка, и ты не знаешь, во что могут превратиться некоторые из людей, если их разозлить.

– Нет, я знаю, – сказала Пенелопа. – Я хорошо вижу, какие они на самом деле, – она приложила палец к виску, – вот здесь.

– Тогда ты будешь стараться их не злить понапрасну.

– Но нам надо добраться до той планеты.

– Что такого важного на той планете?

Пенелопа пожала плечами.

– Этого я еще не знаю.

– Но ты уверена, что нам надо туда лететь? – настаивала Мышка.

Девочка покивала головой:

– Да.

– Как думаешь, когда будешь знать почему?

– Скоро, – ответила Пенелопа с абсолютной убежденностью. – Очень скоро.

Потом она вспомнила о Марианне, и, пока Мышка озадаченно наблюдала за ней, она провела следующие полчаса, тщательно отмывая маленькую куклу и подгоняя получше ее одежку – на первый взгляд просто светловолосая малышка, которой ни до чего нет дела, а вовсе не дорогостоящая пленница на борту самого мощного пиратского корабля в скоплении Хинеллуса.

ГЛАВА 20

Пенелопа крепко спала, когда до ее плеча дотронулась чья‑то рука и осторожно его потрясла. Девочка застонала, забормотала что‑то невнятное и повернулась на другой бок, но рука продолжала ее трясти.

– Уйдите! – пробормотала она.

– Проснись, малышка, – прошептал мужской голос.

– Оставьте меня в покое!

– Надо поговорить.

Проснулась Мышка, села на постели, бросила взгляд в другую часть их просторной каюты и увидела худощавого молодого человека, присевшего на краешек постели Пенелопы.

– Что вам надо? – громко спросила она.

– Это вас не касается, – ответил Потемкин.

– Все, что связано с ней, касается меня.

– Я не собираюсь ей делать ничего плохого, – сказал Потемкин. – Мне просто надо с ней поговорить.

– Уйдите отсюда, – снова забормотала Пенелопа.

– Малышка, если ты не проснешься, я включу свет или вылью на тебя ведро холодной воды, – сказал Потемкин.