Он сходил на камбуз и, вернувшись с замысловатой формы бутылкой в руке, налил себе выпить.

– Будешь? – спросил он.

– Не откажусь, – ответил Малыш. – А что это?

– Альфарский бренди, – ответил Айсберг, передавая Малышу бутылку и чистый стакан. – Конечно, его не сравнить с тем, что производят в системе Терразана, однако оно лучше переносит сверхсветовые скорости.

– Спасибо, – сказал Малыш, наполняя стакан и возвращая бутылку Айсбергу. – Ничего не имеете против, если я задам вам вопрос?

– Валяй.

– Вы ведь выбрали Пророчицу не случайно? – спросил Малыш, сделав глоток и решив для себя, что напиток ему понравился. – Ведь по Границе шатаются сотни типов со странными именами. Почему вы решили, что под прозвищем Пророчица может скрываться Пенелопа Бейли? Почему не Папаша Санта‑Клаус, не Гробовщик Мак‑Нэйр, не Властитель Границ?

– Имя подходит, – заметил Айсберг, повернувшись в кресле и поставив недопитый стакан на панель навигационного компьютера. Но это не суть важно. Прорицателей хватало во все времена. – Он помолчал и добавил: – Дело в том, что на эту мысль меня навел Тридцать Два.

– Каким же образом?

– Он упомянул, что Помазанный усиленно наращивал свои силы, собираясь предпринять какую‑то военную акцию против Республики, но за последний год он, кажется, переменил цель. Теперь он якобы охотится за Пророчицей.

– Ну и что?

– А ты пораскинь мозгами, – сказал Айсберг, возвращаясь на свое место с новым стаканом в руке. – Это фанатик, сумевший поставить под свои знамена пару сотен миллионов вооруженных последователей, все приготовления к нападению на Республику закончены, и вдруг он решает, что какая‑то Пророчица представляет для него гораздо большую опасность. Республика с ее почти миллиардом кораблей и регулярной армией, насчитывающей, наверное, не меньше десяти миллиардов человек! Что, по‑твоему, может представлять опасность большую, чем это?

– Это звучит довольно убедительно, – признал Малыш. – Но ведь также очень может быть, что Помазанный просто‑напросто пришел к выводу, что у него маловато силенок, чтобы сразиться с Республикой… или решил обратить последователей Пророчицы в свою веру.

– Каких последователей? – спросил Айсберг. – Тридцать Два утверждает, что у Республики нет никакой достоверной информации относительно Пророчицы. Неужели ты думаешь, что власти оставались бы в неведении, располагай она миллионами человек, готовых встать под ее знамена? – Он опять помолчал. – Вот ты говоришь, что она – Пророчица – обыкновенная мошенница, каких много на Границе. Допустим. Кого она ограбила? В каком районе она «работает»?

– Не знаю, – признался Малыш. Он посмотрел на Айсберга. – Но и вы тоже не знаете. Вы только знаете, что Пророчица – какая‑то недавно появившаяся личность.

– Как я говорил, это возможно.

– В таком случае стоит ли пороть горячку и охотиться неизвестно за кем?

– Я разыскиваю Пенелопу Бейли, так как Республика считает, что она мертва. Эти безумцы и не собираются ее разыскивать. – Он помолчал. – Хотя причина, по которой я пытаюсь найти Пророчицу, еще прозаичней. Просто у меня нет других ниточек.

Он глубоко вздохнул и, медленно выпустив воздух, добавил:

– Кроме того, есть еще одна причина.

– Да? Какая?

– Я за свою жизнь ни разу не встречался с Помазанным, – сказал Айсберг. – И еще две недели назад я мог бы сказать, что никогда о нем и не слыхал.