— Ты просто кусок дерьма! — Это сказал Джой, начальник отряда полицейских, которых привел Алан. Он произнес это с сильным местным акцентом.

Стефан в ответ лишь самодовольно улыбнулся.

— А с чего тогда у вас растут доходы, а? Благодаря людям с этого острова все стало возможным. Они когти рвали, только бы продать нам своих детей, только бы мы выкупили их. Отдавали их нам в аренду на год, а потом перезаключали сделку. Уравновешивать спрос и предложение, приятель, — это британский способ вести бизнес!

Алан покачал головой и сказал, как бы обращаясь к самому себе:

— Я все еще не могу поверить в реальность того, на что мы здесь наткнулись… А еще какие-нибудь дела здесь ведутся? Как насчет того, что происходит в Смоуке?

Стефан пожал плечами:

— А что я получу за информацию?

Алан скользнул взглядом по его разбитому, распухшему лицу. Помолчал несколько долгих мгновений. И, наконец, ответил:

— Ты выберешься отсюда живым — вот что. А потом исчезнешь с лица земли, приятель. Потому что я собираюсь пустить о тебе слух по всем улицам, Брунос. Слух обо всем этом, особенно о твоих чудесных достижениях в Азии в бизнесе с маленькими детьми.

У Стефана хватило соображения отвести взгляд в сторону, ибо он понимал: сейчас происходит нечто, что ему неподвластно.

— Так каким образом в деле замешаны Джек и Джоджо?

Стефан дотронулся до струйки крови, стекавшей на подбородок.

— Джек очень многого хотел с самого начала. Но ты знаешь Джека и Джоджо. Если руководит Джоджо, Джек неизменно следует за ним. Они организовали распечатку товара по всей Англии. Снимки и книги с иллюстрациями приносят огромные деньги. Ты удивился бы, если бы узнал, сколько мужчин хотели купить то, что мы им поставляли. Джорджио пришла в голову оригинальная мысль — использовать модем. Ты же в курсе, как он хорошо разбирается в компьютерах. А отсюда был один шаг до того, чем мы занимаемся здесь. Понятно? Мы записывали детей на видео, делали фотоснимки, а потом продавали это. Джорджио придумал названия для первой партии. Теперь мы распространились по всему миру благодаря контактам, которые нашли в северном университете. Тот тип продавал товар для нас через Интернет. А потом мы просто решили заняться этим сами.

— А что насчет детей, Стефан? — глухо спросила Донна.

— Насчет детей? Как я уже говорил, их покупали. И за них платили, Донна. — Он усмехнулся, глядя на нее и понимая, что омерзительные подробности, о которых она слышала, могли бы убить ее. — Некоторые из детей вполне подходят для этого дела, знаешь ли, — непринужденно продолжил он. — На самом деле эти азиатские дети получали даже известное удовольствие. Они же здесь — просто шлак! Нам поставляли их бесперебойно…

Алан ударил Стефана кулаком по голове так сильно, что у того едва не оторвалось ухо.

— Я убью тебя, Брунос, мать твою! Ты меня слышишь? — зарычал он.

Донна бесстрастно наблюдала за ними.

Джой долил ей лимонада в стакан и тихо сказал:

— Мне предлагали втянуться во все это, но я отказался. И я рад, что так поступил. Теперь каждый раз, глядя на своих детей, я думаю об этих бедных маленьких шлюшках. Некоторые из детей даже не знают, откуда они. Нам придется отвезти их в одну из католических миссий. Думаю, так будет правильно. Пусть они с этим разберутся. А когда, наконец, приедут их родители, местные объяснят им, что случилось. Беда в том, что родители часто продают детей, а потом забывают о них… — Он нервно провел пальцами по своим густым, жестким, как проволока, волосам.