— Ты чувствительный ментал, Геслер. Это и твоя сила, и твоя слабость — тут уж как посмотреть. — Что интересно, лицемерия в этих откровениях я не ощущал. Значит, высока вероятность того, что весь этот разговор или инициатива самого Троекурова-старшего, или выданные ему указания не расходятся с его собственными стремлениями. И то, и то для меня хорошо. — Но в одном ты можешь быть уверен точно: Император всегда будет на твоей стороне. Потому что для того, чтобы уравновесить дворянство, нужны простые люди. Сильные люди.

Мне услышанное показалось крайне занимательным, ибо Троекуров практически прямым текстом сказал, чьи интересы преследует. Или же он просто хочет сделать вид, что для него первостепенен Трон? Тогда неясно, зачем пытаться настроить меня против дворянства в целом. Я и так не очень лояльно отношусь к аристократии хотя бы из-за того, что с их попустительства и одобрения происходило с Ксенией, а подбрасываемые со стороны дровишки и вовсе могли «нормального» двадцатилетнего псиона унести не в ту степь. Определённо, я уже оказался в эпицентре «игры». И теперь мне нужно было определить игроков, за ней стоящих, и попутно не поступиться своими интересами.

— Я никогда не скрывал своего отношения к служению, господин Троекуров. Как и того, что в моих глазах только Его Императорское Высочество достоин того, чтобы перед ним склоняли голову. — О нет, это не слепая преданность дурака с промытыми мозгами. Всего лишь гордыня, которой я не стыжусь, но и не трепещу перед ней. Ведь если и следовать за кем-то, то этот кто-то должен быть на три порядка лучше всех остальных.

А человек, удерживающий в своих руках такую власть и такое могущество, был именно таковым.

— Нам об этом известно, Геслер. Потому я здесь и стою: для тебя — лучший наставник из всех возможных. По крайней мере, пока что лучший. — Ну да, сам себя не похвалишь — никто не похвалит. Но как бы я ни ёрничал в своих мыслях, отрицать то, что к Троекурову как к личности я уже относился крайне положительно, было нельзя. Прямой как топор человек, добившийся значимых высот. У такого не стыдно учиться. — Ладно, бросили всю эту болтовню. Хватай камни, и продолжаем. Но на этот раз без перегибов!..

Волею наставника от пола оторвалась горсть камешков, которые перекочевали под мою ответственность. Я же подобрался, временно отложил все посторонние мысли и приготовился учиться, параллельно оттачивая перенимаемые навыки на практике.

Для меня — идеальный подход, и как же хорошо, что кто-то это понимает!..

Глава 23

Биокинез и зов дворянства

— Вертолёт есть… — Пробормотал я, проводив взглядом вытянутую, угловатую махину гражданской «вертушки». Та двигалась достаточно низко, так что и грохот стоял соответствующий. И деревья изгибались волнами, и всякий мелкий сор разлетался по воздуху, норовя попасть в глаз или открытый рот. Даром, что растительности тут было достаточно много, и основной удар она брала на себя. — … а «окошка» нет. Или я его не видел…

В общем-то, вертолёту для того, чтобы просочиться под купол нужен был не такой уж и большой проём, но вот в то, что он будет незаметным мне как-то не верилось. Тем не менее, я ни в далёком, ни в недавнем прошлом ничего выделяющегося на поверхности купола не видел…

Резко захотелось отыскать «врата», через которые на территорию академии могут пролететь вертолёты, но я удержал себя от этого ненужного сейчас порыва. Да, любопытство — это то, ради утоления чего я и живу, но наживать себе ещё больше проблем как-то не хотелось. И без того щепотка этих самых проблем уже оказалась в наличии. Пока небольших, представляющих собой устный выговор с занесением в личное дело, весьма далёкий от реального наказания, но вряд ли во второй раз я обойдусь таким же предупреждением.