Снабженные карабинами, один из которых был с оптическим прицелом, охотники ходко пробирались тропой.

Прапорщик оказался довольно разговорчивым:

– Сейчас козы высоко пасутся. Лето все‑таки. Мы выйдем на юго‑западный склон, наверняка встретим стадо, а то и два. Какие там бои весной происходили, только стук стоял. Видели рога в столовой? Я завалил в прошлом году. Знатный был самец, есть противно было – до того вонял.

Прапорщик Васин приложился к биноклю:

– Вот что, гости дорогие. Ступайте вы вон в ту ложбину с кустами и сидите.

Сидеть с час придется. Я пройду выше по склону и пугну на вас стадо. А вы уж не зевайте – и получите полное удовольствие.

Это как нельзя лучше устраивало Алексея, у которого за пазухой лежали заветные документы.

– Вот и прекрасно. А горные куропатки тут есть? Они сейчас упитанные, вкусные.

– Есть, как не быть. Этого добра здесь немерено. Тут, я вам скажу, ирбис ходил.

Вот его бы завалить. – Прапорщик почмокал губами. – Такую шкуру домой бы привезли, просто заглядение.

– What is it «irbis»? – спросил Нейл, не разобравший главное слово в речи проводника.

– Это снежный барс на местном языке. Красивая кошка и довольно опасная.

Поглядывайте, Нейл, она может крутиться вокруг туров.

Минут через пятнадцать они достигли ложбинки и укрылись в кустах, положив приготовленные карабины перед собой.

– Показывайте ваши бумаги, – сказал Янг.

Алексей достал из кармана рубашки сложенные вчетверо листочки. Нейл Янг углубился в их изучение.

– Я понимаю, речь идет о стратегических ракетах. Я весьма удивлен. Откуда у вас могут оказаться такие, материалы?

– Товаром земля полнится. Я только посредник. Мое дело свести покупателя и продавца.

– Я понимаю, что такое посредник. Но мне непонятна дикая мысль торговать этими сведениями здесь.

– Отчего же?

Господин Янг на этот раз испытывал трудности не только с русским, но и с родным языком, пытаясь объяснить Алексею всю несуразность его затеи:

– Трудно найти более неподходящее место.

– А вам не кажется, что попытки выйти на контакт с западным разведслужбами именно в этих диких местах более безопасны именно в силу своей неожиданности?

– Не знаю, – пожал плечами Нейл. – А чего, собственно, вы ожидаете от меня?

– Я уже говорил вам, что хочу одного – чтобы вы передали эти бумаги в надлежащие руки, специалистам. Пусть их проверят на достоверность. Лицо, которое предложило эти сведения, говорит, что именно эти сведения поддаются относительно несложной проверке.

– Возможно, я не специалист. Допустим на минуту, что сведения внушают доверие.

Что дальше?

– Дальше продавец надеется получить задаток в знак серьезности намерений покупателя. После чего я сведу потенциального покупателя с владельцем полного пакета сведений. Они проведут переговоры по стоимости всего пакета.

Янг внимательно осмотрел склон, но прапорщик еще не мог успеть обойти стадо.

– Каким же должен быть задаток?

– Двести тысяч.

– Двести тысяч чего? – уточнил Нейл.

– Долларов, естественно.

– Ого! Вы всерьез полагаете, что эти листики стоят такой суммы?

– Не знаю, потому что я, как и вы, не специалист. Возможно, и стоят, а возможно, и нет. Но именно столько стоит возможность войти в контакт с владельцем секретов.

– То есть это ваша доля как посредника?

– Нет, хотя часть этих денег осядет в моем кармане, не скрою.

– Очень сомневаюсь, что она у вас осядет, – прямо заявил Янг.