– Они же улетели. Пикировщиков больше не слышно.

– На этот раз немцы не летят, а едут, – с озабоченным видом сказал янки. – Лука только что доложил. Полдюжины бронетранспортеров и два полевых орудия со стволами что твой телеграфный столб.

– Понятно, – изогнувшись назад, Мэллори увидел на повороте лощины проблеск света. Пещера смахивает на туннель. По словам Луки, старики называют свой остров «маленьким Кипром». И действительно, Чертов пятачок точно сотами изрыт. С усмешкой он вспомнил, как перепугался, решив, будто ослеп. Новозеландец опять повернулся к Миллеру. – Опять неприятности, Дасти.

Кругом одни неприятности. Спасибо, что привел меня в чувство.

– Пришлось, – лаконично ответил Миллер. – Нам бы тебя далеко не утащить, шеф.

– Да, местность не равнинная, – кивнул Мэллори.

– Тоже верно, – согласился Миллер, – но я о другом. Не знаю, кто бы тебя и нес‑то. Ранены и Кейси Браун, и Панаис.

– Как? Оба? – Зажмурив глаза, Мэллори сердито выругался.

– Черт подери, Дасти, я совсем забыл о бомбах. – Он схватил Миллера за руку. – Что за ранения? Времени так мало, а дел так много.

– Что за ранения? – Достав сигареты, Миллер протянул их Мэллори. – Ничего страшного, будь рядом госпиталь. Но я им не завидую, если они станут лазать по этим проклятым ложбинам и оврагам вверх и вниз. В первый раз вижу каньоны, которые возле дна более отвесные, чем наверху.

– Ты мне еще не ответил...

– Виноват, шеф, виноват. У обоих осколочные ранения.

Причем почти одинаковые; в левое бедро, чуть выше колена. В одном и том же месте. Кости не повреждены, сухожилия тоже. Я только что перевязал ногу Кейси. Рана рваная. Достанется ему на орехи, когда на своих двоих потопает.

– А с Панаисом как дела?

– Сам перевязался, – обронил янки. – Странный тип. На рану и взглянуть не дал. Не то что перевязать. Этот и нож в бок пырнет, если сунешься к нему.

– Ну так и не лезь, – посоветовал Мэллори. – У этих островитян существуют всякие запреты и суеверия. Хорошо, хоть жив. Но непонятно, как он здесь очутился, черт бы его набрал.

– Он побежал первым, – объяснял Миллер. – Вместе с Кейси. Ты его, верно, в дыму проглядел. Когда их ранило, они карабкались по склону.

– А как я сюда попал?

– За первый правильный ответ приза не положено, – Миллер ткнул пальцем через плечо в сторону огромной фигуры, загородившей половину входа в пещеру. – Опять этот малыш отличился, точно монах на перевале Сен‑Бернар. Я хотел было пойти с ним. Но он не очень‑то обрадовался. Заявил, что переть на себе в гору сразу двоих ему не хочется. Я оскорблен в своих лучших чувствах, – вздохнул Миллер. – Видать, мне не суждено прославиться героическими подвигами. Вот и все.

– Еще раз спасибо Андреа, – улыбнулся Мэллори.

– Спасибо! – возмутился Миллер. – Парень спас тебе жизнь, а ты ему «спасибо»!

– После первых десяти таких случаев подходящих слов не находишь, – сухо ответил капитан. – Как Стивенс?

– Пока дышит.

– Небось, безносая стоит за углом? – кивнул Мэллори в сторону пятна света и сморщил нос.

– Да, дело худо, – согласился Миллер. – Гангрена выше колена пошла.

Пошатываясь, словно с похмелья, капитан встал на ноги и поднял автомат.

– Нет, правда, как он там, Дасти?

– Он уже мертв, но умирать не хочет.