|
— Да бред это все! — кипятится Томаш, но в этот момент мы въезжаем на неширокий, изрытый выбоинами мост, и ему становится не до споров. Доктор не упускает шанса продолжить свою обличительную речь: — Термояд — это только частный случай. Устройство, которое мы называем «ящиком Пандоры», создано для разрушения, но технологии, лежащие в его основе, способны облагодетельствовать миллионы людей! — Это каким же образом? — спрашиваю я главным образом для того, чтобы не дать Томашу вновь вступить в бой. Одновременно я пытаюсь разглядеть в боковом зеркальце следующий за нами «Хамви» с яйцеголовой командой и ее бесценным грузом. — «Ящик Пандоры» — фабрика искусственных вирусов. Но ведь точно так же он может производить и нанороботов, которые займутся охотой и уничтожением вирусов и болезнетворных бактерий! В конечном счете все зависит только от программы. Да с помощью этой машины можно за несколько часов вылечить охваченный эпидемией город! Поставьте такой «ящик» в любой больнице, и врачи начнут творить чудеса. Проклятье, раз уж мы говорим о будущем, то вполне может статься, что «ящик Пандоры» — первый шаг человечества на пути к физическому бессмертию! — Ничего себе шажок, — саркастически хмыкает Томаш. — По-моему, это прямая дорога в ад, доктор. — Оставим теологические споры до лучших времен, — предлагаю я. — Пора сосредоточиться на конкретных действиях. Вардо Бразил пожимает плечами. — Как угодно, капитан. Насколько я понимаю, мы будем на месте минут через сорок. — Через полчаса, — угрюмо возражает Томаш. — Нет, — говорю я. — Мы должны подобраться к цели незамеченными. Что, если Скандербег и его люди уже там? Наша главная беда — отсутствие информации. Когда я думаю о Фаулере, к услугам которого вся мощь западной цивилизации, включая систему космической разведки, зависть сжимает мне горло так, что становится трудно дышать, Я уже связался с Эмилом Димитровым и упросил его присоединиться к группе Фаулера, чтобы держать меня в курсе происходящего вокруг виллы Скандербега. Это оказалось проще, чем я думал, — Лоэнгрин задействовал в операции не только батальон полковника Шермана, но и почти весь личный состав комиссариата Тираны. Однако Димитров все еще не добрался до места, и я по-прежнему ничего не знаю о том, как разворачиваются события. По мере приближения к городу мне все больше кажется, что логичные построения доктора Бразила не имеют ничего общего с реальностью. «Мы зря устроили эту гонку, — думаю я. — Мы просидим целую ночь в засаде, так никого и не дождемся, а наутро узнаем, что Фаулер взял-таки Скандербега и добыл для своего Сёгуна „ящик Пандоры“…» Да черт с ним, я и на это согласен, при условии, что операция, затеянная Лоэнгрином, завершится без потерь с нашей стороны. А в этом у меня есть все основания сомневаться. Хотя бы потому, что с недавних пор числю Ардиана Хачкая среди «наших». — Тогда нужно ехать по окружной, — советует доктор Бразил. — Я знаю одну дорогу, она позволяет подъехать почти к самому объекту скрытно, между холмами. Правда, Скандербег наверняка выставит в лощине караулы… Я в сотый раз изучаю карту. Вот она, дорога, о которой говорит доктор. А вот и холмы. Подъехать совсем близко, конечно, не получится, но если оставить машины под прикрытием холмов, то не так уж и сложно будет подобраться вплотную к объекту. |
