– Не для этого похода, а вообще. Сейчас я уже не знаю, нужны ли они нам.

Нукуманские скакуны великолепны, слов нет, но всадник имеет небольшое преимущество перед пешим, если считать расстояние, которое тот и другой могут преодолеть от восхода до заката. Лошадь быстрее, но ей надо отдыхать, а в пересечённой местности для неё не всегда находится дорога. Кони безусловно хороши только для внезапных налётов.

Нинаксе была страной заброшенных городов и забытых троп, перегороженных обвалами и оползнями. Там мы нисколько не уступили бы в скорости яйцеголовым на кентаврах. Их численность в узких горных ущельях, где один стрелок может задержать продвижение целого отряда, тоже не будет иметь значения. А идти в Херекуш только для того, чтобы столкнуть лбами нукуманских князей с ибогальским войском, мне казалось не по-джентельменски, хотя Орекс был иного мнения, да и остальным нукуманам подобная идея показалась бы не только естественной, но и удачной.

Однако я боялся не столько напрасного кровопролития, сколько того, что меня это некоторым образом свяжет.

По той же причине я недавно отверг предложение Генки, обещавшего помощь всех умников для поисков корабля Надзирателей. А ведь два – три толковых парня от науки в нашей экспедиции точно не помешали бы. И сейчас я не хотел быть обязанным нукуманам, которым не могла не понравиться мысль использовать Колесницу Надзирателей в качестве зубочистки, которой можно невозбранно выковыривать яйцеголовых из их крепостей по всему Новому миру. На ней, несомненно, есть оружие, столь же необычное, как и сам корабль, способный перемещаться не только нашем в пространстве, но и в параллельных; или же там найдётся то, что можно в качестве оружия использовать.

Умники, нукуманы и кто угодно ещё – все захотят владеть единственным рабочим кораблём, сами по себе или в содружестве с кем-то, а у меня в глубине души крепло чувство, что машина Надзирателей может оказаться чересчур эффективной ковырялкой для нашей бедной, наказанной Проникновением планеты. Как бы её окончательно не угробить… И ещё. Сейчас люди и нукуманы на одной стороне, а яйцеголовые на другой, находились в состоянии равновесия, поддерживаемого рувимами. Если равновесие окажется нарушенным, не вмешаются ли они? И каким образом вмешаются? Не сочтут ли, что им проще истребить всех подряд, чем нянчиться с такими беспокойными подопечными?

Я даже не брал в расчёт мелочи, вроде возможности междоусобной резни из-за корабля, на котором можно улететь куда душа попросит. Люди часто и по менее весомым причинам забывали, что надо жить дружно.

И мне становилось всё яснее, что найти Колесницу – не самая трудная задача.

Если, конечно, сам не хочешь просто сесть в неё и улететь к чёртовой матери подальше. А такие мысли меня посещали, чего там. Собственно, они посещали меня чаще других и казались наиболее здравыми.

Отойдя в дальний угол пещеры, я присел там почистить винтовку. Коу тут же примостилась рядом, и я позволил ей вдоволь наиграться с затвором. Слонявшийся без дела Ждан подошёл к нам и попытался занять девушку, рисуя в своём блокноте красивые буквы с завитушками; Коу подозрительно посмотрела на него через снятый с винтовки оптический прицел, спряталась за моей спиной и бросила в Генку камушком. Он его поймал и кинул ей обратно – так они и перекидывались через меня, пока Коу не надоело. Тогда она пошла к Орексу и стала смотреть, как нукуман расчёсывает гриву коню.

– Слушай, Элф, – неожиданно сказал Генка. – Если Колесница Надзирателей в самом деле способна перемещаться во всех связанных пространствах, мы запросто могли бы объединиться с людьми на Парадизе. Представляешь? Ты представляешь себе?..

– Нет, не представляю, – проворчал я. – Вот так с ходу – не представляю. Откуда ты знаешь, что произошло за все эти годы на Парадизе? Может, там и переговоры вести уже не с кем.