Спохватившись, я достал сразу три – столько не съесть ни одному керберу, но Тотигай заслужил и большего – пусть лопает от пуза и спит всю ночь без перерыва. Однако он покосился на галеты и сказал:

– Нет, праздник живота я устраивать не буду. И вам не советую. Нам лучше драпать отсюда со всех ног. Ты ещё не слышал самого плохого, Элф.

– Почему же, слышал. Ты сказал, что мы попались.

– И попались крепко, – подтвердил Тотигай. – Здесь только один отряд экспедиционного корпуса, но остальные три уже на подходе. Ибогалы намерены разбить их на мелкие отряды, отрезать нам путь на север и прижать к Границе. Те, что штурмовали монастырь, пойдут за нами, а род Хассиры переправится обратно на Додхар и двинет на восток по мехрану. Граница непроходима на три дня пути от монастыря. Пусть мы сегодня одолели половину, но осталось ещё столько же, а яйцеголовым на кентаврах понадобится гораздо меньше времени, чтобы рысью пройти то же расстояние. У следующего прохода они нас и встретят. Это капкан, Элф. Их слишком много. На Старой территории сразу за этими горами тоже равнина. И триста всадников на ней.

Я попытался вспомнить все изображения-карты, переданные мне Книгой, а когда не получилось, достал её саму. Никогда ещё нам так не требовалась помощь. И Книга не подвела, но то, что я увидел, лишь полностью подтвердило слова Тотигая. Мы находились в труднопроходимой гористой местности с малым числом пригодных для быстрого движения троп. На восток вела всего одна – та, по которой мы и шли. В полутора переходах был проходимый участок Границы шириной в три тысячи шагов, который род Хассиры перекроет уже завтра. После чего яйцеголовые могли не спеша стягивать мешок, пока мы не окажемся в их руках.

– Ну что там, Элф? – поинтересовался Бобел, не прекращая чистить разобранный на части пулемёт.

– Да ничего, – ответил я. – Сразу за разрывом на Старой территории торчит гора. В ней пробит короткий туннель, а в туннель уходит железная дорога с равнины… На равнине есть ещё заброшенный город, но туда нам не попасть. Справа от горы с туннелем раньше текла река, но теперь прямо на берегу начинается Додхар. Там мехран – скалы, рощицы редкие… Дальше вулканы, пустыня – страна Кайрори. Каннибалы с отравленными стрелами, жрать почти нечего, но как бы я сейчас хотел там оказаться.

Отложив Книгу, я крепко призадумался. А не пора ли, Элф? И ответил сам себе – давно пора. Лучше было это сделать до смерти Орекса хотя бы, но сейчас-то уж – край нужно сделать. Бегать от яйцеголовых в этих горах с Книгой – всё равно что прятаться ночью у самого костра.

– Придётся её бросить, – сказал я вслух.

Тотигай со вкусом подбирал с ибогальской тарелочки остатки единственной галеты, которую себе позволил. Бобел закончил с чисткой и смазкой пулемёта и принялся его собирать.

– Книгу ибогалам оставлять нельзя, – сказал он. – Ты сам понимаешь. И что толку, что мы её бросим сейчас? Яйцеголовые многое знают о Книге, и теперь захотят выяснить, как много успели узнать мы. У меня не так много ума, но его хватает, чтобы сообразить, – гоняться за нами они не перестанут. И непременно отыщут нас, раз их столько сюда собралось.

Тотигай поднял голову от тарелки:

– Вляпались, Элф. Вляпались всеми четырьмя лапами.

– И что делать? – спросил я. – Предложения есть?

– Ясно же, – ответил Бобел. – Надо разбить наш отряд на две части и оттянуть силы яйцеголовых в одну сторону. Одна часть принимает бой, вторая уходит с Книгой.

– Очнись, ты не дивизией командуешь! Нас всего четверо, считая Коу! Кто, кого и куда будет оттягивать?

– Я буду, – спокойно ответил Бобел.