– Знаешь, я почти готов благословить яйцеголовых, – сказал он. – Ну разве простая вода с этим сравнится? Тем более что её у нас всё равно нет.

– Твои тёплые чувства к ибогалам охладеют, как только ты допьёшь всё до конца, – ответил я. – Верь мне, со мной так не раз бывало. Береги силы, завтра будет почти такой же трудный день.

Да, а потом ещё один. И ещё… Сделав из второй голубой галеты стакан для себя, я поставил его на камень и продолжил таскать шлак в грот, стараясь выбирать куски потяжелее, а мелкими забивая щели между ними. Когда солнце село, пришлось всё бросить. Стало темно, и я совсем выдохся. Но утром, едва поднявшись, продолжил начатое. Пусть даже дикари случайно наткнутся на грот и учуют запах, они должны счесть разборку завала делом не стоящим трудов.

– Куда ты таскаешь столько? – спросил меня проснувшийся Тотигай. – Могила у Коу и так загляденье.

– Нет, я должен закончить, – возразил я. – Чёрта с два я дам этим уродам сожрать и переварить её. Лучше сам сдохну прямо здесь, таская камни, – пусть едят меня.

– Яйцеголовые всё ближе, – напомнил кербер.

– Тебе достаточно отползти в сторону, чтобы спрятаться от них. Они видят только Книгу – не нас.

– Никуда я не собираюсь отползать! Но будет обидно погибнуть в двух шагах от корабля. Что с того, что трупоеды найдут Коу? Она всё равно умерла.

– Что с того? – повернулся я к нему. – Что с того?.. Хрен вам всем – и трупоедам, и тебе тоже!

– Да что ты на меня взъелся? Сам помог бы тебе, да какой из меня строитель.

– Тогда молчи.

К полудню мои краги превратились в лохмотья и я содрал всю кожу с ладоней, но зато грот был завален до конца.

– Вот теперь пошли, – сказал я, пытаясь взять в непослушные руки винтовку. – Теперь порядок.

Тотигай меня оглядел и заметил:

– Отдохни хоть.

– Отдохнём на том свете. Как говаривал Орекс, Предвечный Нук принимает всех – как двуногих, так и четвероногих.

– Без нас он перебьётся. Сперва давай уже найдём этот корабль. Ты его хоть с Книгой видел, а я так вообще ни разу.

Выбросив безнадёжно порванные краги, я достал из рюкзака последнюю пару камнеступов. Да, яйцеголовые всё ближе. Я вчера разглядывал их стан перед тем как заснуть. Один дневной переход от нас, и они вскоре ещё сократят расстояние. Это лавовое поле их задержит, но ненадолго. Будут ставить по десять кентавров на расчистку тропы, а их там сто пятьдесят, и ещё сами ибогалы. Дальше – пустыня, где им везде дорога. Но и корабль ведь совсем недалеко… Дойдём.

Не успели мы сделать тысячи шагов, как моя уверенность испарилась без следа. Мы вышли к тропе, проложенной разгребателем. Она уходила в горло каньона, прямо к вулкану.

Разгребатель! Откуда его дьявол принёс?

Я бегло осмотрел окрестности, никого не увидел, но слизняк мог спрятаться в такую щель, что не разглядишь и с Книгой. Вот ещё беда на наши головы!

Ну а что удивляться? Разгребатели живут везде, в том числе и в Кайрори. Яйцеголовые здесь пройдут быстрее, но и мы пройдём быстрее…

Но не так же, как кентавры, скачущие галопом?..

Вот засранец, думал я, глядя на пробитый в лавовом поле проспект. Какую дорогу им расчистил – прямая как стрела. Полжизни мне помогал один разгребатель – и вот теперь другой напакостил.

Почистить, что ли, рюкзак, чтоб стал полегче? Но там и так ничего лишнего.