-  Это леди Сабина? - спросил кто-то.

    -  Посмотрите на меня, - услышала я голос.

    Я не повернула головы. Мужские руки легли мне на плечи, решительно повернули меня к говорившему.

    -  Поднимите голову к свету, - велел он.

    Я все стояла опустив голову, но он, протянув руку, поднял мой подбородок. На скрытое покрывалом лицо упал лунный свет.

    Я подняла глаза. Главный воин. Но он же не должен был бежать за мной! Ему следовало остаться в лагере!

    В едва пробивающемся сквозь ветви неверном свете луны он взглянул мне в глаза. Чуть отступив, осмотрел мое платье. И спросил:

    -  Кто вы?

    Я не отвечала. Стоит мне заговорить - и по акценту, по моему ломаному горианскому во мне тут же опознают рабыню-варварку.

    -  Вы не леди Сабина. Кто вы? - повторил он.

    Я молчала.

    -  Скрываетесь от нежеланной помолвки? - допытывался он. - Ваш кортеж попал в засаду? Бежали от разбойников?

    Я не проронила ни звука.

    -  Или от работорговцев? Мы - люди достойные. Мы не работорговцы. - Он внимательно осмотрел меня. - С нами вы в безопасности.

    Сквозь ветви лился лунный свет.

    -  Кто вы? - в который раз спросил он.

    На этот раз мое молчание, видимо, разозлило его.

    -  Предпочитаете предстать перед мужчинами с открытым лицом? - осведомился он.

    Я покачала головой.

    -  Ну? - проговорил он, протянув руку к уличному покрывалу.

    Я не отвечала.

    Он отбросил покрывало с моего лица.

    -  Снимите перчатки.

    Я стянула перчатки. Он взял их у меня и швырнул мне под ноги. Ночной воздух тронул ладони.

    -  Говорите, - приказал он.

    Не дождавшись ответа, сдернул с меня домашнее покрывало. Мужчины плотнее сгрудились вокруг. Теперь от мужских взглядов мое лицо скрывали всего три покрывала: покрывало гордости, покрывало свободной женщины и последнее, пятое, почти прозрачное. Сняв домашнее покрывало, мне уже нанесли оскорбление. Словно насильно вторглись в мое жилище. Словно ворвались в дом, сорвали с меня платье, заставив предстать перед ними в нижнем белье.

    -  Кто вы? - снова спросил главный.

    Как я могла сказать ему, кто я? Мой хозяин даже имени мне не дал.

    -  Не заговорите - сниму покрывало гордости, - пригрозил он.

    Что они со мной сделают, если узнают, что я не свободная женщина? Я гнала прочь эту мысль. Кейджера облачилась в одеяние свободной женщины! Нет, свободные мужчины этого не спустят. Это считается чрезвычайно серьезным проступком, за него полагается суровая кара. Такое бесстыдство может стоить жизни. Меня бросило в дрожь.

    Но вот покрывало гордости сорвано. Словно непрошеные гости сорвали с меня белье.

    Теперь лицо мое легко рассмотреть: покрывало свободной женщины его почти не скрывает. А последнее покрывало - совсем прозрачное, его назначение - чисто символическое.

    -  Может быть, теперь, дорогая леди, - проговорил главный, - вы все-таки скажете, кто вы, откуда и как среди ночи оказались около лагеря?

    Я не смела выдавить ни звука. С меня сдернули покрывало свободной женщины.