Мужчина, приковавший девушек к цепи, отступив назад, осмотрел своих подопечных.

    -  Можно говорить? - взмолилась первая, та, которую высекли.

    -  Говори, - снизошел он.

    -  Я ненавижу свою хозяйку, - заговорила она, - я хочу любить тебя, хозяин!

    -  Тебе не нравится быть рабыней у женщины? - спросил он.

    -  Я хочу любить мужчину! - плача, отвечала рабыня.

    -  Бесстыдница! - выкрикнула девушка, стоявшая последней, та, что сокрушалась о хозяйке, та, что пнула меня и назвала Диной.

    -  Я женщина, я рабыня! - стенала первая. - Мне нужен мужчина! Хочу мужчину!

    -  Не бойся, рабыня, - ухмыльнулся конвоир, - когда понадобится девка, мимо тебя не пройдут.

    -  Спасибо, хозяин, - гордо выпрямив спину, ответила она.

    -  Нахалка! - все ворчала другая.

    -  Можешь причесывать всякое купеческое отродье, если тебе нравится, - отрезала первая, - а я буду голой танцевать перед мужчинами.

    -  Рабыня! - Возмущению девицы не было предела.

    -  Да, рабыня! - гневно и гордо провозгласила первая.

    Послышался скрип повозки - ее вывозили из лагеря. Наверно, доверху нагружена богатым приданым леди Сабины из Крепости Сафроникус. Где сама благородная дама, я понятия не имела, но скорее всего - в надежном месте, может быть, с кляпом во рту и с завязанными глазами стоит где-нибудь, привязанная к дереву. Интересно, ей позволили остаться одетой?

    -  Ноги у тебя красивые? - спросил конвоир вторую девушку в цепочке.

    -  Да, хозяин, - с улыбкой ответила она.

    -  Знаешь, что полагается, если врешь свободному мужчине?

    -  Сам посмотри, хозяин, - смело предложила та, по-прежнему улыбаясь. - Вот увидишь, бить меня не придется.

    Стоявшая последней негодующе вскрикнула.

    Вынув нож, мужчина отхватил подол ее струящегося белоснежного платья, и теперь оно, соблазнительно короткое, словно дразня, едва прикрывало ноги.

    -  Бить тебя не придется, - признал он.

    -  Спасибо, хозяин, - отвечала девушка.

    Последняя в цепочке, возмущенно фыркнув, вскинула голову.

    -  А у тебя красивые ноги? - обратился мужчина ко второй девушке.

    -  Не знаю, хозяин, - прошептала та, - я всего лишь служанка женщины.

    -  Посмотрим, - объявил мужчина, и ее строгое одеяние в мгновение ока превратилось, как и у первой, в коротенький балахончик рабыни.

    -  Можно говорить? - подала она голос.

    -  Говори, - разрешил мужчина.

    -  А у меня… красивые ноги? - выдавила она.

    -  Да, - ответил он.

    -  Девушка довольна, - проговорила она, выпрямившись, как и остальные.

    -  Бесстыжие вы все! - напустилась на них та, что стояла последней.

    -  А ты? - полюбопытствовал мужчина.

    -  Я - рабыня женщины, - гордо объявила она. - Я выше этого. - На конвоира она и не глядела. - У меня есть чувство собственного достоинства!

    -  Рабыне чувство собственного достоинства не полагается, - отчеканил он.