Я ощупал себя. К счастью никаких повреждений. А потом до меня дошел весь ужас ситуации. Я в каменном мешке, глубоко в недрах древнего Марса. Жив Кай или нет – до конца непонятно, а даже если и жив – он никак не успеет привести помощь до того, как у меня закончится воздух для дыхания.

И тогда пришла паника.

Даже там, в вакууме, не было настолько плохо. Да, больно очень – но все происходило быстро. Здесь же ты понимаешь, что умираешь – но долго и мучительно. Тело ещё не знает о страшной ловушке. Оно грузит адреналином, как будто физическая сила и скорость тут может помочь. А разум в это время падает в такие бездны отчаяния, даже о существовании которых не подозреваешь, когда живешь обычной жизнью.

Поначалу я пытался сопротивляться. Считал от ста в обратном порядке. Сбивался, и начинал снова. Казалось, воздуха уже не хватает. Легкие работали на пределе, но всё равно казалось: задыхаюсь. И хорошо бы, если бы задыхался… небытие, потеря сознания были бы спасением. Потом я впивался ногтями в ладони – до боли, до крови. Это помогло на несколько секунд.

Потом ужас вернулся с новой силой.

Я пытался присесть, шевелил руками в узкой нише. Кажется, что-то шептал. Или кричал. Сейчас уже не вспомнить. Мысли потеряли привычную стройность, рассыпавшись черно-белым конфети.

Я грыз своё запястье. Последний план: найти вену, истечь кровью. Скорее погрузиться в спасительное ничто!

И вот, в тот момент, когда я уже чувствовал солоноватый вкус во рту, я понял, что достиг пика. Сердце сжалось на миг. Потом застучало в другом ритме. Как будто кто-то отпустил педаль акселератора.

Тут, на чёрном пике паники, было холодное, заснеженное плато. Чувства исчезли совсем. Разум работал чисто и без сбоев. Констатировал происходящее, спокойно оценил ситуацию. Ещё раз взвесил шансы на успешную спасательную операцию. Спокойно обследовал запястье. Ничего критического – легкий прокус на коже. До крупных сосудов было очень далеко. Обработать нечем – но это не тот риск, на который стоит сейчас обращать внимание.

А дальше началось нечто странное. Точнее, в тот момент оно не воспринималось как странное – эмоциональной оценки не было, чувства будто выключили. Но разум продолжал расширять границы восприятия. Расширял пространство.

Я прикоснулся к камням обеими руками. Почувствовал отголоски вибрации после обвала. Оценил температурные перепады, движение тонких струек воздуха в щелях.

В голове словно сама собой рисовалась картина: шахта. Характеристики стенок. Высота. Ширина. Напряженность. Характеристики материалов. Структура завала, векторы приложения сил. Как будто включился мощный сканер, считывающий по мельчайшим колебаниям окружающей среды нужные данные. И не менее мощный компьютер, который сводил всю картину воедино.

Я видел всё вокруг, на десятки, а то и на сотни метров. Не глазами. Всем телом. И тем компьютером, который внутри меня восстанавливал целостную картину окружающего.

Странно, что в этот момент полного отсутствия эмоций я смог подумать: «Так вот каково это – быть видящим по-настоящему».

Мне понадобилась пара минут, чтобы понять: выход из положения есть. Даже без посторонней помощи я могу выбраться.

Завал камней передо мной не был стабильным. Его плотность была далека от плотности монолитной скалы. А, значит, создать динамическую полость достаточного размера, чтобы вместить моё тело, вполне возможно. Да, сложно очень, нужны огромные вычислительные мощности, и ювелирная точность исполнения. Но, похоже, у меня было и то и другое.

Я выбрал нужное место, и точно рассчитанным движением под нужным углом ударил один из булыжников.

Дальше всё происходило в строгом соответствии с моими расчетами.

Камни сдвинулись, и снова легли в другом порядке. Это было похоже на примитивную компьютерную игру. Только на очень сложном, недоступном человеку уровне.