– Он тебя заставил силой?

– Ну не то чтобы силой, но мне было неуютно. Я надеялась, что скоро вернутся Стив и остальные…

– Он был под кайфом?

Ивонна отвела глаза и кивнула.

– Ясно. Давай дальше.

– Он говорил такие жуткие вещи.

– О чем?

– О той девушке, которую убили. И о тех убитых в Лос‑Анджелесе. И обо мне.

– Что он сказал о тебе?

Ивонна опустила взгляд:

– Грубости. Я не хочу повторять.

– Ладно. Не волнуйся. Он тебя трогал?

– Он схватил меня за локоть и трогал лицо, все не так, как ты подумал. Но это меня испугало. Я ужасно боялась, что он еще что‑нибудь сделает.

Чедвик почувствовал, как невольно стискивает зубы.

– И что было потом? – нахмурился он.

– Я подождала, пока он повернется ко мне спиной, и убежала.

– Умница. Он тебя преследовал?

– Кажется, нет. Я не оборачивалась.

– Ясно. Ты молодец, Ивонна. Теперь ты в безопасности.

– Но, пап… а если он…

– Если он – что? Он был в Бримли?

– Да.

– С вами?

– Нет, он просто бродил по полю.

– Ты не видела, чтобы он уходил в лес?

– Нет. Но было темно. Я бы и не увидела.

– Куда ты сегодня ходила?

– Это рядом, на Спрингфилд‑маунт. Слушай, пап, они нормальные ребята, правда. И Стив, и все остальные. Только Мак‑Гэррити не такой. Что‑то с ним не в порядке, я уверена.

– Он был знаком с Линдой Лофтхаус?

– С Линдой? Я не… хотя да, да, был знаком.

Чедвик навострил уши, слыша, как по‑свойски Ивонна произносит это имя.

– Откуда ты знаешь? Ничего, Ивонна, ты можешь мне рассказать правду. Я на тебя не буду сердиться.

– Обещаешь?

– Чтоб мне провалиться!

Ивонна улыбнулась. Это был их старый ритуал.

– Я с ней встретилась в другом доме, на Бэйсуотер‑террас, – сказала она. – Есть три места, где народ собирается, ну, послушать музыку, всякое такое. Остальные два – на Спрингфилд‑маунт и Кэрберри‑плейс. В общем, как‑то летом я туда пришла со Стивом, и там была Линда. И Мак‑Гэррити был. Ну, то есть они друг друга не очень хорошо знали, не были близки или еще что‑нибудь, но он был с ней знаком.

Чедвик помедлил, пытаясь переварить все это. Бэйсуотер‑террас. Дэннис, Джули и все остальные. Значит, Ивонна была частью этой компании. Его родная дочь. Он сдерживался, напоминая себе, что обещал не сердиться. Бедная девочка получила такую травму, ей так трудно было раскрыться перед ним, и меньше всего она нуждалась сейчас в отцовских назиданиях. Но удержать гнев было непросто – у него даже заныло в груди.

– Ты тоже была знакома с Линдой? – спросил он.

– Да. – Глаза у Ивонны наполнились слезами. – Один раз виделись. Но мы с ней почти не разговаривали. Она сказала, что ей нравится мое платье и волосы, и мы поболтали о том, как иногда достает школа. Она была такая славная, пап, как можно было с ней так поступить?

– Не знаю, детка, – ответил Чедвик, поглаживая дочь по светлым шелковистым волосам. – Я не знаю.

– Ты думаешь, это он? Мак‑Гэррити?

– И этого я не знаю, но мне придется с ним поговорить.

– Только не обижай Стива и остальных наших, пап. Пожалуйста. Они нормальные. Честно. Там только один с прибабахом – Мак‑Гэррити.