И Екатерина выслушала.

Василиск предложил обмен. Она возьмет его с собой на планету. Пусть он увидит то, что так упорно охранял. В обмен он даст ей то, что она хотела: власть. Он даст ей инструменты, чтобы захватить корабль и подчинить всех, кто на нем находится.

Екатерина приняла дар. Приняла василиска в свое сердце. И там поймала его в ловушку. Потому что, хотя она была счастлива использовать силу, которую василиск предоставил ей по условиям сделки, она наотрез отказалась выполнить его желание в ответ.

Василиск не был человеком и не оперировал такими человеческими понятиями, как справедливость или обязательность. Зато он понимал ярость.

Он уяснил, что ему помешали. Поэтому он поступил так, как всегда поступал в прошлом. Он выжидал и искал другой способ обойти железные стены своего существования. И о чудо!

Пришли сразу двое.

Чжан Лэй вернулся, чтобы еще раз взглянуть на то, что чуть его не убило. С ним была дочь Екатерины. Как могло так повезти одному ангельскому не-существу?

Он потянулся к обоим. Он был так рад, что одна из них согласилась.

Очень, очень рад.

Потому что теперь, теперь он узнает. Он получит ответ на вопрос, который его мучил. Избавится от навязчивой идеи заполучить знание, которым он жаждет обладать.

Сашенька не воспрепятствует этому. Сашенька сама хочет ступить на поверхность планеты. Она хочет увидеть все своими глазами. Увидеть то, что запрещено. Увидеть то, что под защитой. И василиск узнает об этом в тот же миг, что и Сашенька.

– Не называй меня так, – сказала Петрова в подводной темноте. Кромешной темноте, окутавшей пространство, когда свет исчез внутри нее. – Не называй меня Сашенькой. Это не мое имя.

Нет, сказал василиск. Нет, это наше имя. Мы Сашенька.

Теперь мы Сашенька.

162

– Черт возьми, ничего не вижу, – сказал Паркер.

Плут не ответил. Он больше не мог говорить. Около трех тысяч его копий было разбросано по более чем сотне кораблей. Военные корабли они с Паркером набили ярко-зелеными скорпионами, которых десантники разнесли в клочья почти моментально, едва робот успел их создать. На больших кораблях-колониях ему потребовались десятки копий, чтобы сражаться с ангелоподобными роботами.

А потом они взломали большие, размером с комнату, 3D-принтеры на «Пасифае».

Эти принтеры предназначались для создания строительных машин и сельскохозяйственных орудий в кратчайшие сроки. Все, что может понадобиться растущей колонии в первые дни ее существования. Как только принтеры оказались в их руках, возникло огромное искушение построить несколько боевых танков – ну или что-то наподобие танка. Громадные тела с конечностями, заканчивающимися острыми как бритва лезвиями, с дюжиной ядовитых жал и полусотней лазерных глаз.

Паркер решил идти по другому пути. Принтер, который мог создать танк за пятнадцать минут, мог создать скорпиона размером с собаку за секунды. Поэтому они настроили принтеры на создание скорпионов – сколько получится, так быстро, как получится, и вскоре сотни малышей-Плутов заполонили коридоры «Пасифаи».

Паркер предполагал, что им понадобится подобная огневая мощь. Однако теперь, ведя свою армию скорпионов по коридорам и техническим палубам «Пасифаи», он начал сомневаться, есть ли вообще кто-нибудь на борту.

Было темно, до смешного темно. Какой-то идиот вырвал светильники прямо из потолка. Как голограмма Паркер генерировал собственный свет, но это означало, что он мог видеть лишь на несколько метров перед собой.

– Эй! – крикнул он. – Петрова? Чжан?

Единственным ответом был стук многосуставчатых конечностей Плута по палубному настилу.

– Есть кто? – позвал Паркер.

Впереди в темноте зажегся красный огонек.