– Это очень долгий и непростой рассказ. Дон Лоренцо и ею компаньон Гуэрра, который лежит мертвый возле сигнального костра, были пленниками Ролдана. Во время нападения сторонников Бехсчио они сбежали. В поселке все еще бушевало сражение, когда я поскакал за ними в погоню, ибо они увезли мою жену. – Он крепче прижал к себе Магдалену.

– Я убила его, – сказала она удивительно ясным, сильным голосом, показывая на останки Гусмана. – Я облила ею смолой и подожгла головешкой, и я бы сделала это еще раз, не позволяя ему убить моего мужа.

Штурман, высокий тучный человек с красным лицом, побледнел, прочитав железную решимость на лице маленькой кастильской дамы. Он отвел от нее взгляд и спросил ее мужа:

Вы сказали, таинцы Бехечио напали на укрепление Ролдана?

– Да, но к тому времени, когда я уехал, силы Ролдана взяли все под контроль, хотя люди Бехечио подожгли деревню. Эта падаль и его компаньон хотели убежать с Эспаньолы на ваших кораблях. Они, без сомнения, надеялись убедить вас, что дикари бегут за ними по горячему следу, чтобы вы тут же подняли якорь и отплыли в Кадис, – ответил Аарон.

Хуан де Леон выглядел встревоженным:

– Может быть, нам следует вернуться на мой корабль? Хотя несколько других каравелл, находившихся здесь и нагруженных бразильским деревом, отплыли домой, у меня нет никакого груза.

Аарон угрюмо улыбнулся:

– Вам надо быть готовым вернуться в Изабеллу и сначала спасти их, но как повстанцы вы не можете сделать этого. – Он посмотрел, как штурман вспыхнул и покрылся нервным румянцем, а потом добавил: – Дон Франсиско и я недавно обсуждали его… э… возвращение в распоряжение губернатора. Я поговорю с ним об этом, но прежде чем я вернусь в укрепление, мы с моей женой могли бы воспользоваться вашей помощью. Еда и лекарства, может, какая-нибудь тряпка, чтобы перевязать эту проклятую рану, – он показал на темно-красную полосу свернувшейся крови на руке.

Магдалена почувствовала, как Аарон оперся на нее, и поняла, что он гораздо серьезнее ранен, чем ей сначала показалось. Она тут же приступила к делу.

– Надо принести чистой воды. Тут есть ручей, в нескольких ярдах отсюда. – Она показала в сторону холма, откуда они только что спустились, и послала юнгу за ведром т шлюпки, чтобы она смогла перевязать Аарона.

Потом повернулась к штурману:

– У вас на корабле есть бинты и лекарство? – Мы можем послать за хирургом, но разве не безопаснее, если мы заберем вас обоих на борт? – спросил Леон.

– Мы будем в безопасности и здесь. Я не настолько беспомощен, чтобы не смог вернуться верхом в поселок. Ничто и никто не заставит меня еще раз подняться на борт корабля, – угрюмо добавил Даров, целенаправленно двинувшись к большому плоскому камню, на который уселся, и мрачно уставился на Магдалену и штурмана.

– Вы сами видите, какой он упрямый! Пожалуйста, привезите хирурга с его лекарствами как можно быстрее! – с легкой улыбкой на устах попросила Магдалена.

Она повернулась и пошла к Аарону.

– Я никогда больше не поднимусь на борт корабля? – спросила она. – Значит, дела действительно так плохи, как сказал Ролдан.

Он фыркнул, а потом ответил:

– Может, когда-нибудь мы поплывем во Францию навестить моих родных, но сейчас нет необходимости подниматься на корабль. Я должен вернуться в укрепление.

– А ты уверен, что Франсиско победит? – возбужденно спросила она, следя, как шлюпка становилась все меньше по пути к горизонту.

Тут прибежал юнга с ведром чистой воды.

– Да, он победит. Этот человек живучее, " в нем больше хитрости, чем в стае черных кошек.