– Прекрасная перспектива. – Рис повернулся к Хэкету, полностью игнорируя меня. – Так Макс тяжело ранен?

– У него сломана нога. Думаю, нам нужно вернуться и устроить военный совет.

Рис кивнул, и они пошли обратно. Я послед овал за ними.

– Как вы сюда попали? – спросил Хэкет.

– Вчера вечером я прибыл в Неаполь. Мне там передали записку от Мака. Он назначил мне встречу здесь на вилле. Я взял такси и поехал. Было четыре тридцать утра. Везувий буйствовал вовсю. Мы ехали, пока не полетели камни, а потом шофер отказался ехать дальше, и я пошел пешком. Вилла была пуста, если не считать мертвого итальянца. Я дошел до окрестностей Санто-Франциско, потом пошел обратно.

– Не повезло.

Мы вернулись к повозке. Все с надеждой взирали на нас. Думаю, Хильда и Джина все поняли по выражению наших лиц. Джина взялась за вожжи, развернула повозку и крикнула, чтобы мы садились.

– Куда поедем? – спросил ее Хэкет.

– На виллу, там все же удобнее, и к тому же… – Она не договорила, но по ее глазам я понял, что она имеет в виду наркотики.

Думаю. Хэкет тоже понял.

– Ладно, прыгайте, Рис.

Хильда поглядела на Риса и спросила:

– Почему вы не ушли отсюда, пока еще была такая возможность?

Он рассказал ей, что произошло. Ее лицо осунулось и побледнело.

– Извините, это моя вина. Это я сказала Максвеллу, чтобы он оставил вам записку. Я так беспокоилась за отца, что думала, может быть, вы из Милана привезете какие-нибудь новости.

– Не расстраивайтесь. Это не ваша вина. – И уже обращаясь ко мне: – Это ты во всем виноват, Фаррел.

И вдруг я снова ощутил жуткую усталость. У меня не было сил спорить с ним, объяснять ему, что до сегодняшней ночи я не имел ни малейшего представления о том, что происходило. Я стоял, тупо глядя на него, не находя сил выдержать его полный гнева и презрения взгляд.

Хильда ответила за меня:

– Это неправда.

– Это правда. Если бы он так не струсил, если бы он сделал то, о чем мы его просили в Милане…

– Он сделал все, что мог сделать человек. Он…

– Это ваше мнение. – Он пожал плечами, посмотрел на меня и засмеялся. – Все как прежде, ты заманил в ловушку нас обоих.

– Кого ты имеешь в виду? – спросил я.

– Вальтера Ширера и меня. Я посмотрел на него.

– Пожалуйста, перестаньте. Вы все. Я хочу вернуться на виллу. – Джина нетерпеливо помахивала кончиками вожжей.

– Погодите, – крикнул Рис. – Должен подойти еще один из наших.

– Кто? – спросила Джина.

– Вальтер Ширер, я же говорил.

– Вальтер Ширер? – Ее глаза расширились от ярости,

– Вы имеете в виду хозяина этой виллы? – Голос Хэкета был полон злобы.

– Да.

Я засмеялся. Это было чертовски смешно.

– Какого черта ты смеешься? – заорал Рис. Он недоуменно оглядел присутствующих. – В чем дело?

Кто-то окликнул его. Рис обернулся:

– Ага, вот и он. Нашел, где можно выбраться отсюда, Ширер?

– Нет.

Он перебежал через дорогу, взгляд у него был дикий.

– А ты нашел?

Рис покачал головой.

– Тогда, может быть, эти крестьяне знают?

Он вдруг замолчал, и челюсть у него отвисла. Мне кажется, в этот момент он узнал Джину. Он посмотрел ни нее, потом перевел взгляд на Хэкета, потом на меня. Мы стояли молча и, не скрою, с удовольствием наблюдали, как постепенно он понял, что к чему, и его обуял животный страх.