— Ладно, уломал, — буркнул он. — Тащи свои «трофеи» на верстак. Только предупреждаю сразу, за результат я не отвечаю! Могу попробовать, но коли вместо картошки крахмал выйдет, не обессудь.

Мы ссыпали клубни на верстак. По ним прошла знакомая белая волна и опачки!

На брезенте теперь лежала гора идеально очищенной картошки.нигде ни одного дефекта или халтуры. Да и очистки такие что итоговый результат вот прям эталонный, потери минимальные. А это для нас сейчас очень важно.

Кто знает как дальше тут со жратвой дела обстоять будут. Сэкономил это же считай заработал!

Вот и тут, калории и прочие углеводы гараж нам сохранил по максимуму, молодец, хрыч ворчливый!

Кожура ссыпана отдельной кучкой, ровнёхонько, а поверх, будто на сдачу, тонкой присыпкой рассыпан крахмал, немного буквально несколько грамм.

Видать гараж таким образом показал что в случае чего может и вот так вот с картошкой работать. Удобно, нечего сказать.

Интересно он так всё что угодно в порошок измельчит? Если так то круто, вдруг да понадобится.

В общем, я оценил всё это по достоинству. Работа проделана ювелирная, куда там нашим графиням с их квадратами.

— Вот теперь верю, что Уникальный, — похвалил я.

Гараж довольно крякнул и добавил:

— Насчёт крахмала я, кстати, зря боялся. Он считается более редким ингредиентом. Так что не каждый раз, а лишь с некоторым шансом получается.

К картошке пошли грибы. Сушёные, я их с осени развесил гроздьями под потолком второго этажа.

Оказалось, и грибы гараж прибрать к делу горазд: сунули пучок ему на разделку, и вышли они уже не сухими деревяшками, а разбухшими, влажными, готовыми в котёл, будто их с вечера в воде отмачивали.

Ну и соль у меня была, та самая, что тут на вес золота. Так что вышло царское, по местным меркам, угощение.

На запах, а может, на суету, сверху спустилась кухарка. Очнулась, наконец и она.

И с ходу пошла в наступление, оскорблённая до глубины души.

— Это что ж такое делается? — уперла она руки в бока. — Господа сами у плиты, при живой-то стряпухе? Да где ж это видано! Госпожа, что ж вы мне не сказались, я бы мигом! Не по чину это вам, картохой пачкаться!

И, отпихнув меня от котла беззлобно, но решительно, кухарка взялась за дело, как за родное, разом наведя на моей импровизированной кухне свой порядок.

Спорить я не стал. Каждому своё, а готовить при живой стряпухе и впрямь глупо.

А про себя я её даже зауважал.

Женщину буквально только что сняли со столба, куда её привязали на съедение демонам, очнулась она в чужом гараже среди железа и говорящих стен, и ни одного вопроса из тех, что тут напрашивались, она не задала.

Ни где мы, ни что теперь будет, ни за какие грехи ей всё это. Увидела котёл, увидела непорядок у котла и пошла его исправлять.

Есть привычная работа, значит, надо её делать. Остальное подождёт.

Такой подход я в людях ценю больше многих достоинств. Пока одни размусоливают и ноют, другие уже чистят, режут и ставят воду греться, и ужин на столе появляется именно благодаря вторым.

Наверху тем временем завозились, зашевелились и остальные. Сонное зелье отпускало, дом Эшенбахов помаленьку возвращался к жизни, и скоро мне предстояло знакомиться со всей честной компанией разом.

А пока в воздухе передо мной вновь появилась книга.

Раскрылась сама на странице с логами, и по ней, обгоняя друг друга, побежали строчки.

«Переработана добыча (демоны). Опыт за Ремесло начислен».

«Питомец Булыч обнаружил угрозу с воздуха. Опыт начислен».

«Уничтожен разведчик противника (визор). Опыт начислен».

«Переработан объект: картофель. Освоена переработка растительного сырья. Опыт за Ремесло начислен».

А под ними, ровным золотистым росчерком, легла строка поважнее прочих.