152-ой нужно было, чтобы я продолжил.

Положив  большой  и  указательный  пальцы  ей  на  подбородок,  я  согнул  ноги  так, чтобы мой взгляд проник в ее глаза, и проинструктировал:

— Теперь ты будешь отвечать мне, kotyonok.

Маленькая  грузинка  послушно  кивнула  головой.  Мои  глаза  сузились  в

замешательстве от  ее внезапной уступчивости. Когда я позволил своему замешательству

отразиться на лице, она кивнула и ответила:

— Да. Я отвечу.

Меня шокировал ее ответ. Я не понимал, почему она вдруг согласилась отвечать на

мои  вопросы,  когда  до  сих  пор  сопротивлялась  каждому  моему  шагу.  Я  также  не  мог

понять выражение ее лица. Печаль. Как будто она вдруг увидела меня с другой стороны.

Как будто что-то заставило ее увидеть во мне кого-то нового.

Она  наблюдала  за  мной,  ожидая  моего  ответа.  Я  отогнал  свои  мысли  и  прижался

лбом к ее лбу.

— Хороший маленький грузинский kotyonok.

Она  глубоко  вдохнула  и  закрыла  глаза.  Отступив  назад,  я  протянул  руку  и

защелкнул крючок наручников на цепях, свисающих сверху. Ее руки повисли в воздухе, упругие сиськи торчали на выгнутой груди.

Я повторил то же самое с кандалами на лодыжках, затем двинулся к блоку дальше

вдоль  стены.  Я  поднимал  рычаг  до  тех  пор,  пока  ее  руки  и  ноги  не  натянулись.  Тихий

удивленный крик сорвался с ее губ, когда она прижалась к стене.

Заперев блок на место, я медленно пошел назад и встал перед ней и, убедившись, что

она смотрит на меня, зацепил руки за края своих спортивных штанов. Я медленно спустил

их  вниз  по  бедрам,  все  время  обжигая  ее  своим  взглядом.  Ее  веки  затрепетали,  а  руки

сжались в кулаки над тугими манжетами.

Мой член дернулся под этим неведомым внимательным взглядом. Напрягая мышцы, я опустил спортивные штаны на пол и отшвырнул их ногой.

Выпрямившись, я снова встретился с ней взглядом и размял шею. Я чувствовал, как

кончик  моего  члена  ударяется  о  нижнюю  часть  туловища.  Что  еще  более  важно,  я

разглядел  красный  румянец,  покрывающий  тело  женщины.  Когда  я  подошел  ближе,  ее

дыхание  стало  прерывистым.  Проведя  рукой  по  волосам,  намеренно  напрягая  широкую

грудь, я остановился прямо перед ней.

Ее  рот  был  приоткрыт,  когда  я  смотрел  на  нее.  Ее  руки  натянули  цепи,  а  ноги

задрожали. Протянув руку, я потянул за цепь и, приблизив свое лицо к ее лицу всего на

несколько дюймов, прошептал:

— Ты в ловушке, kotyonok. Ты вся моя. — Маленький глоток воздуха сорвался с ее

губ.

Я прижал свой торс к ее, твердые пики ее сосков оцарапали мою грудь. Я убрал ее

длинные волосы с лица и спросил:

— К тебе когда-нибудь прикасались? — Она задрожала под моей рукой, и я добавил:

— Тебя когда-нибудь касался мужчина?

Ответа не последовало, поэтому я стал опускать руку, пока она не остановилась на

ее соске, где я перекатил его между большим и указательным пальцами. Она вскрикнула, ее  голос  дрогнул  от  шока.