– Ни с кем я не встречался! – угрюмо повторил водитель. – А вы, парнишки, влезли не в свое дело. И как бы для вас это плохо не кончилось.

– Он нас пугает, – констатировал маленький. – Даже интересно. Давненько, Боцман, нас никто не пугал. Даже не помню, когда последний раз это было.

– В начале девяносто шестого в районе Ак‑Су, – напомнил Боцман. – Иса Мадуев грозил нам яйца отрезать и в рот засунуть.

– Нет, ты все перепутал, – возразил маленький. – В ущелье Ак‑Су Иса Мадуев и все восемь или девять его обалдуев лежали спеленутые, как грудные младенцы. Они не то что грозить, просто «мама» сказать не могли. А яйца тебе грозил отрезать Махмуд‑хан, когда мы брали его на живца. И ты как раз был живцом.

– Не напоминай мне об этом, – попросил Боцман. – Не напоминай, ладно? А то и я припомню тебе кое‑что, что вызовет у тебя не очень благодушное настроение.

– Извини, не буду. Просто к слову пришлось. Итак, Костя нас пугает. На всякий случай. А вдруг испугаемся. Потому что не такой же он идиот, чтобы думать по‑другому, а? Если мы его захватили и привезли сюда, значит, у нас были для этого какие‑то серьезные основания. И будущие опасности сейчас для нас – как урожай следующего года. То ли он будет, то ли погниет, то ли от засухи сгорит.

Нам сейчас нужны некие сведения, а Костя не хочет с нами ими поделиться.

Современная наука изобрела много средств для того, чтобы человек говорил то, о чем его спрашивают. Есть, например, полиграф – детектор лжи. Еще вкалывают особый наркотик, который растормаживает соответствующие центры. Но в нашем распоряжении нет ни полиграфа, ни наркотика. Придется обходиться старыми методами. Какой тебе кажется наиболее удачным. Боцман?

– Если бы у Махмуд‑хана ты был живцом, а не я, ты бы таких вопросов не задавал.

Элементарно. Зажимают яйца в дверях и начинают понемногу закрывать дверь. Больше трех минут никто не выдерживает. Я выдержал шесть, но только потому, что понял, что у вас какая‑то задержка.

– Не скромничай. Боцман. Ты выдержал ровно двенадцать с половиной минут. И еще выдержал бы – сколько нужно.

– Заткнись, – попросил Боцман. – Я же тебе сказал: заткнись. Это не самое приятное воспоминание в моей жизни.

– Извини, больше не буду, – охотно согласился маленький. – Просто мне хотелось сделать тебе комплимент.

– Потом будем комплиментами обмениваться. Когда дело закончим. Приступай.

Маленький подошел к водителю и буднично предложил:

– Вставай. И снимай штаны.

– Ребята! Да вы что?! Я и не думал вам грозить. Я просто предупредил вас об опасности, о которой вы, возможно, не знаете. А так я готов! Спрашивайте!

– Начнем с середины, чтобы тебе было легче, – проговорил маленький. – Губернатор провел разговор с хозяином дома номер семнадцать по улице Строителей. Кто это был?

– Николай Иванович Комаров, преподаватель института.

– Откуда ты знаешь?

– Случайно. Слышал, как секретутка сказала, когда созванивалась с ним.

– Губернатор пожал хозяину дома руку и сел в машину. Как он сел?

– Ну как? Нормально.

– Сколько лет ты возишь губернатора?

– Скоро четыре.

– Значит, успел изучить его привычки, манеру поведения?

– В общем, да.

– Вот и вспомни, как он после того разговора сел в машину. Дверцу сильно захлопнул?

Водитель глубоко задумался и решил, что откровенность в этом постороннем вопросе не сможет принести ему вреда, но подтвердит его искренность.