– Но ведь это неизбежно – ты понимаешь, Кэл?

– Тогда все не имеет значения, – сказал Каладин. – Все бессмысленно.

– Это неправильный взгляд на вещи. – Тьен крепче прижал его к себе. – Поскольку в конце концов мы все попадем в одно и то же место, мгновения, которые мы провели вместе, – единственное, что имеет значение и смысл. Мгновения, когда мы помогали друг другу.

Каладин задрожал.

– Оглянись вокруг, Кэл, – тихо продолжил Тьен. – Посмотри, как прекрасен мир. Если ты думаешь, что допустить смерть Тефта – это неудача, что все те случаи, когда ты поддерживал его, бессмысленны, тогда неудивительно, что тебе все время больно. А если вспомнить о том, как вам обоим повезло, что вы смогли помочь друг другу, когда были вместе, – ну, расклад выглядит намного лучше, верно?

– Я недостаточно силен, – прошептал Каладин.

– Как по мне, достаточно.

– Я недостаточно хорош.

– И опять я не согласен.

– Меня не было рядом.

Тьен улыбнулся:

– Ты рядом сейчас, Кэл. Со мной – и со всеми.

– А… – сказал Каладин со слезами на щеках, – если я снова потерплю неудачу?

– Этого не случится до той поры, пока ты не забудешь главное. – Тьен крепко обнял Каладина. Тот положил голову на грудь брата, вытирая слезы тканью рубашки. – Тефт верит в тебя. Враг думает, что победил. Но я хочу увидеть его лицо, когда он поймет правду. Это же будет восхитительно!

Каладин невольно улыбнулся.

– Если он нас убьет, – сказал Тьен, – то просто высадит там, куда мы все равно собирались. Мы не должны торопить события, и это печально. Но, видишь ли, Каладин, он не в силах отнять наши совместные мгновения – нашу Связь. И это действительно важно.

Каладин закрыл глаза, позволяя себе насладиться этим самым мгновением.

– Это правда? – наконец спросил он. – Ты настоящий? Не сотворенный Буреотцом, Шутом или кем-то еще?

Тьен улыбнулся и вложил что-то в руку Каладина. Маленькую деревянную лошадку.

– Попробуй не потерять его на этот раз, Кэл. Я очень старался.

Затем Каладин внезапно упал, и деревянный конь в его руке исчез.

Вокруг простиралась бескрайняя тьма.

– Сил? – позвал он.

Огонек заметался рядом, но это была не она.

– Сил!!!

Еще один огонек. И еще один.

И снова не она. А вон там – да! Он потянулся в темноту и схватил ее за руку, притягивая к себе. Сил прижалась к нему; в этом месте она была физически плотной и того же роста, что он сам.

Она проговорила, дрожа:

– Я забыла Слова. Я должна помочь тебе, но не могу. Я…

– Ты помогаешь, – сказал Каладин, – тем, что ты рядом.

Он зажмурился и встретил бурю; они прорвались через паузу между мгновениями и вернулись в реальный мир.

– Кроме того, – прошептал он, – я знаю Слова.

«Скажи их», – прошептал Тьен.

– Я всегда знал эти Слова.

«Скажи их, парень! Давай!»

– Я принимаю это, Буреотец! Я признаю, что найдутся те, кого я не смогу защитить!

Буря зарокотала, и Каладин почувствовал, как его омывает теплом и заполняет светом. Он услышал, как ахнула Сил.

– СЛОВА ПРИНЯТЫ, – произнес знакомый голос, но говорил не Буреотец.

– Мы не смогли спасти Тефта, Сил, – прошептал Каладин.