Хеннеси в «особом» приехал туда, куда шахтеры и отбойщики уже благополучно прибыли и теперь продолжали работу в туннеле.

На следующее утро Осгуд Хеннеси пригласил Белла в свой личный вагон. Лилиан и миссис Комден подали кофе. Хеннеси широко улыбался.

— Мы почти закончили. Завершая туннель, мы всегда устраиваем церемонию, и я пробиваю последний камень. Но в этот раз рабочие прислали делегацию. Просят, чтобы вы нанесли последний удар — в благодарность за то, что сделали вчера. Это большая честь. На вашем месте я бы согласился.

Белл вместе с Хеннеси отправился в туннель. Когда мимо проходил локомотив с вагонами, вывозящими пустую породу, приходилось прижиматься к стене. На протяжении сотен ярдов стены и своды туннеля уже были оштукатурены и укреплены подпорками. Ближе к концу потолок держали временные бревенчатые подпорки. На последних ярдах шахтеры работали под чугунным и бревенчатым щитом, который закрывал их от падающих камней.

Когда подошли Белл и президент дороги, визг буров оборвался. Шахтеры ломами и лопатами расчистили остатки стены и отошли.

Высоченный шахтер с длинными обезьяньими руками и беззубой улыбкой протянул Беллу семнадцатифунтовый молот.

— Работали таким раньше?

— Забивал колышки для циркового шатра.

— Справитесь. — Шахтер наклонился и прошептал: — Видите отметку мелом? Бейте сюда. Мы так всегда делаем на церемонии… Парни, расступись. Дайте человеку место.

— Вы уверены, что не хотите сами это сделать? — спросил Белл у Хеннеси.

Хеннеси попятился.

— В свое время я пробил множество туннелей. Этот ваш по праву.

Белл взмахнул тяжелым молотом и ударил по меловой отметке. Посыпались искры, и в стене появилась брешь. Белл ударил снова. Шахтеры радостно закричали, стена рухнула, и в туннель хлынул дневной свет. Белл прошел в отверстие с неровными краями и увидел ярко освещенный солнцем мост через каньон. Длинная, пластинчатая стальная конструкция на двух высоких, стройных башнях, установленных на массивных быках, перекрывала глубокое ущелье реки Каскейд. Высоко над пеной и брызгами самый главный мост на кратчайшем пути через горы, казалось, был совсем готов. Шпалы, уже выложенные, ждали стальных рельсов, которые поступят через туннель.

Белл сразу заметил, что мост усиленно охраняют. Через каждые пятьдесят футов стоял железнодорожный полицейский. По обе стороны моста и на каждом быке были устроены караульные помещения. На глазах у Белла облачко закрыло солнце, и серебряные фермы моста стали черными.

— Что скажете, сынок? — гордо спросил Хеннеси.

— Красавец.

Как нанесет удар Саботажник?

В тени моста виднелся город Каскейд, основанный здесь у подножия гор в том месте, где обрывалась железная дорога, идущая с равнин. Белл увидел изящный охотничий дом, построенный еще в 1870 году для бесстрашных путешественников, готовых преодолеть медленный, длинный подъем с бесконечными поворотами. Оттуда, чтобы подвозить материалы на строительство моста, Хеннеси протянул временную ветку, еще более извилистую. Взбиравшаяся на невообразимо крутой подъем, она представляла собой череду резких поворотов; железнодорожники прозвали ее Змеиной Дорогой. Уклон был так велик, что Белл видел: цепочку товарных вагонов тащат три окутанных дымом локомотива, а сзади им помогают еще четыре. Но Змеиная Дорога свое дело сделала. Отныне материалы будут поступать через туннель.

Змеиную Дорогу Саботажник не тронет, ее роль сыграна. Не тронет он и город. Его цель — мост. Уничтожение моста, его быков и ферм отбросит строительство кратчайшего пути через горы на годы назад.