|
- Всем стоять!" "Слышите? - молвил герцог. - Бегите же, я так хочу! Я прошу вас!" "Вашу руку, монсеньор!" Герцог подал руку через окно кареты, генерал припал к ней губами. Затем он пришпорил коня и хлыстом заставил перепрыгнуть через парапет. Все слышали, как всадник и конь упали в воду, а больше - ни звука! Ночь стояла темная, и невозможно было разглядеть, что сталось с генералом. А герцога препроводили в Вену, в императорский дворец. - И вы полагаете, генерал, - спросил Сальватор, - что телега опрокинулась на мосту случайно, как случайно по обе стороны моста появились солдаты? - Может, и так; однако герцог Орлеанский придерживается другого мнения; он полагает, что полиция господина Меттерниха получила предупреждение от французской полиции... Теперь вы знаете все... Будьте осмотрительны! Генерал приказал кучеру остановиться. - Не беспокойтесь, генерал, - отвечал Сальватор. Выходя из кареты, он замешкался. - В чем дело? - спросил Лафайет. - Могу ли я надеяться с вашей стороны на милость, которой был удостоен генерал Лебастар де Премон, прощаясь с герцогом Рейхштадтским? И он приготовился поцеловать у генерала руку. Однако тот убрал руку и подставил ему обе щеки. - Поцелуйте меня самого, если угодно, а ручку облобызайте первой же хорошенькой женщине, - сказал генерал. Сальватор поцеловал генерала и вышел из кареты; она покатила к Люксембургскому дворцу. А Сальватор пошел назад по улице Дофин, затем - через мост Искусств. Фиакр ждал его на углу набережной и площади Сен-Жерменл'Осеруа. Несчастный Доминик и вовсе потерял бы голову от горя, если бы узнал все то, о чем генерал Лафайет поведал Сальватору! Сальватор в двух словах сообщил монаху, что г-на Жакаля на месте не оказалось; он не стал рассказывать, что задержало его самого, и лишь объяснил причину задержки. Но, повторяем, Сальватор знал, где искать г-на Жакаля. Ни минуты не колеблясь, он приказал кучеру отвезти брата Доминика на угол улицы Нев-дю-Люксембур, и пока фиакр ехал вдоль набережных, сам он пересек Луврский двор и спустился к улице Сент-Оноре. Как он и предвидел, начиная от церкви св. Рока улица СентОноре была запружена народом. В Париже существуют любопытные, жадные до происшествий, а также любопытные, охочие до того, чтобы поглазеть на место происшествия. И вот, десять или двенадцать тысяч таких зевак с женами и детьми пришли на место происшествия. Это было похоже на народное гулянье в Сен-Клу или Версале. В толпе любопытных Сальватор и рассчитывал отыскать г-на Жакаля. Сальватор ринулся в самую гущу. Мы не сможем в точности сказать, со сколькими людьми он обменялся взглядами и рукопожатиями, но все это - в полном молчании, только жестом он давал всем понять: "Ничего!" Так он добрался до улицы Пэ. Против особняка Майенсов Сальватор остановился. Он увидел того, кого искал. Г-н Жакаль, в потертом рединготе, шляпе в стиле Боливара и с зонтом под мышкой, брал щепоть табаку из табакерки с изображением Хартии; при этом он разглагольствовал о вчерашних событиях, обвиняя во всем полицию. Когда г-н Жакаль поднял очки, то встретился взглядом с Сальватором; он ничем не выдал, что узнал Сальватора, но тот понял, что г-н Жакаль его увидел. |
