|
Нет, я добрый человек, и в том моя сила. Меня считают хитрецом, всюду подозревают подвох и никак не ожидают встретить во мне добряка. В тот день, когда дипломат скажет правду, он обманет всех своих собратьев: ведь они ни за что не поверят, что он не солгал. - Дорогой господин Жакаль! Вам ни за что меня не убедить, что вы приказали арестовать человека, не имея на то причины. - Послушаешь вас, так можно подумать, что я - король Франции. - Нет. Вы - король Иерусалимской улицы. - Вице-король, да и то... всего-навсего префект. Ведь в моем королевстве есть кое-кто повыше меня - господин де Корбьер да господин Делаво. - Итак, вы отказываетесь мне ответить? - в упор глядя на начальника полиции, спросил Сальватор. - Не отказываюсь, господин Сальватор. Просто это невозможно. Что я могу вам сказать? Арестовали господина Дюбрея? - Да, господина Дюбрея. - Стало быть, на то имелись основания. - Именно это я и хочу знать. - Должно быть, он нарушил общественный порядок... - Нет, потому что я наблюдал за ним как раз в ту минуту, как его задерживали. Напротив, он сохранял полное спокойствие. - Тогда, значит, его приняли за кого-то другого. - Неужели такое случается? - Да кто же без греха? - парировал г-н Жакаль, набивая нос табаком. - Позвольте мне проанализировать ваши ответы, дорогой господин Жакаль. - Сделайте одолжение. Хотя, сказать по правде, слишком много чести вы им этим окажете, господин Сальватор. - Личность арестованного вам неизвестна? - Я видел его вчера впервые в жизни. - И имя его вам ни о чем не говорит? - Дюбрей?.. Нет. - И вы не знаете, за что он задержан? Господин Жакаль резким движением опустил очки на нос. - Абсолютно не знаю, - отозвался он. - Из этого я заключаю, - продолжал Сальватор, - что причина, по которой его задержали, незначительна и, несомненно, скоро он будет освобожден. - О, разумеется, - в притворно-отеческом тоне отвечал г-н Жакаль. - Вы это хотели узнать? - Да. - Что же вы раньше-то не сказали? Я не возьмусь утверждать, что друг вашего приятеля уже на свободе в эту самую минуту. Однако, раз вы взялись за него хлопотать, можете не беспокоиться: как только вернусь в префектуру, я распахну перед этим человеком двери настежь. - Благодарю! - стараясь проникнуть взглядом в самую душу полицейского, молвил Сальватор. - Так я могу на вас положиться? - Передайте вашему приятелю, что он может спать спокойно. В моей картотеке за Дюбреем ничего не числится. Это все, что вы желали от меня узнать? - Так точно. - По правде говоря, господин Сальватор, - продолжал полицейский, наблюдая за тем, как рассеивается толпа, - вы обращаетесь ко мне за услугами, которые очень похожи на скопление народа: кажется, вот они у вас в руках... ан нет, это всегонавсего мыльные пузыри. - Дело в том, что порой сборища обязывают, как и услуги. Вот почему они так редки и, следовательно, тем и ценны, - со смехом проговорил Сальватор. Господин Жакаль приподнял очки, взглянул на Сальватора, потом взялся за табак, а его очки снова упали на нос. - Итак?.. - полюбопытствовал он. - Итак, до свидания, дорогой господин Жакаль, - отозвался Сальватор. |
