|
Все так же машинально Доминик протянул руку и развернул газету. В двух первых колонках пересказывались события, имевшие место накануне. Аббат Доминик знал, чего можно ожидать от правительственной газеты, и пропустил эти колонки. Взглянув на третью, он задрожал всем телом, а на лбу у него выступил холодный пот: не успев еще прочесть статью, он выхватил взглядом несколько раз повторявшееся имя отца. По какому же поводу упоминали в газете о г-не Сарранти? Несчастный Доминик испытал потрясение сродни тому, что пережили сотрапезники Валтасара, когда невидимая рука начертала на стене три роковых слова. Он протер глаза, будто подернувшиеся кровавой пеленой, и попытался читать. Но его руки, сжимавшие газету, дрожали, и строчки запрыгали перед глазами, будто солнечные зайчики, отраженные в колеблющемся зеркале. Вы, разумеется, догадываетесь, что он прочел, не правда ли? В газете сообщалось о том, что его отец - вор и убийца! Прочитав статью, он застыл на месте словно громом пораженный. Вдруг он подскочил в кресле и бросился к секретеру с криком: - Слава Богу! Эта клевета будет возвращена в преисподнюю, откуда она вышла! И он достал из ящика уже известный читателям документ: исповедь г-на Жерара. Он страстно припал губами к свитку, от которого зависела человеческая жизнь, более чем жизнь - честь! - честь его отца! Доминик развернул драгоценный свиток, дабы убедиться в том, что в своей торопливости ничего не перепутал; он узнал почерк и подпись г-на Жерара и снова поцеловал документ, потом спрятал его на груди, вышел из комнаты, запер дверь и торопливо пошел вниз. В это время навстречу ему поднимался незнакомец. Но аббат не обратил на него внимания и едва не прошел мимо, как вдруг почувствовал, что посетитель схватил его за рукав. - Прошу прощения, господин аббат, - проговорил незнакомец, - а я как раз к вам. Доминик вздрогнул при звуке его голоса, показавшегося ему знакомым. - Ко мне?.. Приходите позже, - сказал Доминик. - У меня нет времени снова подниматься наверх. - А мне некогда еще раз приходить к вам, - возразил незнакомец и на сей раз схватил монаха за руку. Доминик испытал неизъяснимый ужас. Руки, сдавившие его запястье железной хваткой, были похожи на руки скелета. Он попытался разглядеть того, кто так бесцеремонно остановил его на ходу; но лестница тонула в полумраке, лишь слабый свет сочился сквозь овальное оконце, освещая небольшое пространство. - Кто вы и что вам угодно? - спросил монах, тщетно пытаясь высвободить руку. - Я - господин Жерар, - представился гость, - и вы сами знаете, зачем я пришел. Но происходящее казалось ему совершенно невозможным; чтобы в это окончательно поверить, он хотел не только услышать, но и увидеть воочию г-на Жерара. Он обеими руками вцепился в посетителя и подтащил его к окну, освещенному закатным солнцем. Луч выхватил из темноты голову призрака. Это был в самом деле г-н Жерар. Аббат отшатнулся к стене с затравленным взглядом, волосы шевелились у него на голове, а зубы стучали от страха. Он был похож на человека, у которого на глазах мертвец ожил и поднялся из гроба. - Живой!.. - вырвалось у аббата. - Разумеется, живой, - подтвердил г-н Жерар. |
