У парнишки зрение было не в пример лучше моего, как и наблюдательность.

    Ваня оставался в седле и теперь наблюдал за дорогой впереди нас, а я, продолжая возиться с упряжью, пытался разглядеть таинственного мужика. Наконец это удалось, правда, увидел я только его голову, тело было спрятано за стволом. Находился он далеко от нас, метрах в ста, возможно, чуть больше, поэтому толком рассмотреть его не удалось.

    Определить с такого расстояния, что это за человек, и что он тут делает, было невозможно. Однако, если судить по его шапке, он и правда был городским.

    -  Ладно, поехали, - решил я, - делать нам ту нечего. Смотри внимательнее, как бы нам не натолкнуться на засаду.

    Я уже тронул лошадь, когда лесной соглядатай неожиданно вышел на дорогу.

    Делать вид, что мы его не замечаем, больше не имело смысла, и я остановил донца, ожидая, когда же он подойдет.

    Человек и правда был странный, одет в крестьянское платье, но в дорогих сапогах и городской шапке. Он подошел к нам и поклонился без всякого подобострастия, можно сказать, довольно небрежно. Мы ответили, но остались сидеть в седлах.

    -  Пожрать не найдется? - задал он совершенно неожиданный в данной ситуации вопрос.

    -  Нет, - кратко ответил я, - а тут поблизости есть какая-нибудь деревня?

    -  Село. Хочешь, покажу?

    -  Покажи.

    -  Ага, - довольно воскликнул наш новый знакомый и неожиданно, схватившись рукой за спинку седла, запрыгнул на круп моего коня. Я только и успел оглянуться, посмотреть, что он делает за спиной, как человек засуетился, начал тыкаться носом мне в спину и хлопать донца по бокам каблуками.

    Честно говоря, от такой бесцеремонности я растерялся и не нашел, что ему сказать. Вроде сам согласился принять помощь, и не его вина в том, что она оказалась более широкой, чем я предполагал.

    -  Давай, трогай, ну, что же ты! - заверещал новый знакомый, нежно обнимая меня за талию. - Давай, поезжай, скорее, тут совсем недалеко.

    Я ослабил поводья и донец, недовольный двойной тяжестью, затрусил по дороге. Все произошло вроде бы и естественно, но как-то слишком неожиданно и бесцеремонно. Ваня, удивленный не меньше моего, пристроился сзади, чтобы видеть, что делает за моей спиной нежданный попутчик. Мне было бы и самому интересно заглянуть себе за спину, потому что там происходило какое-то хаотичное движение, подергивание и возня. Пока мы с захребетником как-то приспосабливались друг к другу, лес начал редеть, лошади выехали на опушку леса, с которой была видна рубленая церковная колокольня с крытым дранью высоким куполом.

    -  Вот и село, - радостно, как о личном достижении, сообщил из-за спины попутчик. - Правь к церкви, там рядом есть постоялый двор.

    Мне осталось повиноваться, и минут через десять мы подъехали к трактиру. Возле него находилась коновязь, к которой были привязаны четыре оседланные лошади. Судя по их статям, принадлежали они людям небогатым, но и не бедным, так, серединка на половинку.

    Попутчик так же неожиданно, как сел, соскочил с коня.

    -  Давайте, быстро, не тяните, - приказал нам с Ваней и решительно направился в главную избу постоялого двора.

    -  Он кто? - удивленно спросил меня рында, наблюдая за своеобразными действиями нового знакомого.

    -  Понятия не имею, первый раз его вижу.

    -  А чего это он? - задал паренек плохо сформулированный вопрос.

    -  Кто его знает, - пожал я плечами и направил лошадь к коновязи, - поживем - увидим.