– В конце концов… тебе нужны жена и наследник, – серьезно сказал Джон. – После несчастья, случившегося со мной, у тебя появились серьезные обязательства перед семьей: перед отцом, передо мной, перед будущим.

– Это преждевременно, – буркнул Блэйк. Руки у него дрожали.

– Я так не думаю. Давай смотреть на вещи реально. Я калека, я никогда не смогу встать на ноги. Тем более я не смогу зачать и родить наследника.

– Ты просто трус! – закричал Блэйк. – Ты опустил руки, даже не попытавшись добиться результата.

– Пусть я буду трусом, – пожав плечами, сказал Джон. – Но это мой выбор, не так ли? Но ты еще трусливее меня. Ты боишься взять в жены прелестную женщину, – холодно отчитывал старший брат младшего. – Ты боишься второй раз пережить сильное чувство. Виолетта и Габриэлла разные люди. Пожалуйста, кликни слуг, я хочу подняться к себе.

Блэйк медлил.

– Ты что… хочешь, чтобы я женился на ней?

– Да, хочу. Я всегда предполагал, что рано или поздно ты все равно женишься. Так пусть твоя женитьба пойдет на благо не только тебе, но и еще кому то.

Блэйк устремил взгляд в окно. Сердце его бешено билось. Неужели он и правда трус? Может быть, ему действительно следует жениться на Виолетте и защитить ее своим титулом и властью? Поделиться с ней богатством и дать возможность избежать смертельного приговора за преступление, которое она не совершала? Разве он, честный человек, может позволить, чтобы ее повесили? Сможет ли он жить по прежнему, если невиновную девушку приговорят к смерти?

– Кажется, ты начинаешь понимать, что выбора у тебя нет, – сказал Джон.

– А мне кажется, что ты чувствуешь себя зрителем и наслаждаешься создавшейся ситуацией, – буркнул Блэйк и направился к двери.

– Куда ты? – окликнул его Джон.

– Собираюсь побеседовать с Виолеттой и сделать ей предложение.

Виолетта не могла избавиться от страха. Ее трясло. Неужели ее арестуют, заключат в тюрьму, а потом повесят?

Она смотрела в окно и ничего не видела. Больше всего ей хотелось сбежать. Убежать как можно скорее и как можно дальше.

Но что будет с Блэйком? Если она исчезнет из Хардинг Холла, ей придется покинуть страну и она никогда не сможет вернуться назад, даже если к тому времени обнаружат настоящего убийцу сэра Томаса. И она никогда не увидит Блэйка, которого она до сих пор любит.

Виолетта усмехнулась, напомнив себе, что Блэйк то ее не любит. Временами ей даже казалось, что он ее ненавидит. Она прекрасно понимала, что он никогда не простит ей увечье Джона.

Девушка всхлипнула и опустилась в кресло. Она подумала о том, что время от времени Блэйк даже проявлял заботу о ней, например, когда приехал Додж. «Нет, я никогда не смогу его понять», – решила Виолетта и закрыла лицо руками. Но веря в благородство и силу Блэйка, она ни на йоту не верила в справедливость закона. Поэтому ей следует бежать. Как можно скорее. Пока ее еще не арестовали и не заключили в тюрьму.

Девушка услышала шаги и, подняв голову, увидела на пороге комнаты Блэйка.

– Я стучал, но вы мне не ответили. Я подумал, что вы уснули, – объяснил свое вторжение молодой человек.

– Не думаю, что я смогу уснуть когда либо в ближайшем будущем, – звенящим голосом ответила Виолетта.

– Это пройдет. Когда нибудь вы посмеетесь над своими нынешними страхами.

Блэйк вынул из кармана носовой платок, пересек комнату и протянул его Виолетте.