Выбора у Виолетты не было. Вскоре после того, как Блэйк уехал на родину, она поняла, что не может дать девочке того, что стремится дать, и что называется словом» респектабельность «. Конечно, Блэйк в любом случае удочерил бы девочку, но, если малышка останется с Виолеттой, она вырастет просто дочкой владелицы магазина и пойдет по следам Виолетты Купер. Если ее вырастит и воспитает Блэйк, она станет Сюзанной Хардинг.

Виолетту трясло мелкой дрожью.

– Ах, мадам, не беспокойтесь, – тихо сказала няня девочки, имени которой Виолетта так и не смогла запомнить, несмотря на то, что эта добродушная, круглолицая женщина ей очень нравилась.

Экипаж качнулся на булыжниках, которыми была вымощена мостовая возле Хардинг Хауса, и остановился. Виолетта приготовилась выйти из кареты, и няня протянула руки, чтобы забрать ребенка у матери, но молодая женщина покачала головой: она слишком хорошо понимала, что, передав через несколько минут Сюзанну графине, она лишится ее навсегда.

Она специально выбрала время после пятичасового чая, чтобы встретиться с графиней Хардинг в отсутствие ее младшего сына, который обычно пил чай у себя дома, куда Виолетта даже не поехала, боясь не вынести встречи с возлюбленным.

Молодая женщина так сильно прижала ребенка к груди, что малышка проснулась и захныкала.

– Прости, дорогая, прости. – Она наклонилась и нежно поцеловала девочку. Как то она перенесет разлуку?

Разрыв с матерью был необходим для блага ребенка.» Ты должна «, – твердила себе Виолетта.

– Прошу вас. – Кучер, спустившись с козел, распахнул перед нею дверцу кареты.

Сюзанна сошла на землю, подождала, пока из экипажа выйдет няня, и приказала кучеру:

– Будьте любезны подождать. Я вернусь через несколько минут.

Поднявшись по широкой мраморной лестнице, Виолетта оказалась у двери в Хардинг Хаус. Дверь отворилась, и перед ней вырос Талли. Он, не скрывая изумления, смотрел на нее и на малышку.

– Леди Невилл! Какое счастье снова видеть вас! Проходите, пожалуйста!

Виолетта задрожала еще сильнее. Она скромно и тихо вошла в вестибюль. Ее примеру последовала кормилица. Закрыв за ними дверь, Талли улыбнулся и спросил:

– Это и есть ребенок сэра Блэйка?

Значит, решила Виолетта, рождение ребенка уже не новость для домочадцев.

– Какая прелестная девочка, – нахваливал Талли. – И как она похожа на вас!

– Она блондинка, – постаралась Виолетта развеять иллюзии дворецкого.

– И на ее светлость очень похожа, – сказал Талли, имея в виду графиню. – Дети меняются с возрастом, леди Невилл, со временем малышка будет точной копией вас и сэра Блэйка.

– Скажите, графиня дома? Я бы хотела ее видеть.

– Она в гостиной, вместе с леди Катариной, – ответил Талли.

Виолетта обмерла. Ей не хотелось встречаться с леди Деафильд. Теперь не время. Конечно, если Талли знает о девочке, следовательно, это известно и Катарине, но ведь всего через несколько недель Катарина выйдет замуж за отца малышки. Должно быть, сейчас леди Хардинг и Катарина обсуждают последние детали брачной церемонии. Молодая женщина прикоснулась губами к гладкому и теплому лобику дочери и почувствовала слезу в уголке губ. Свою собственную слезу, которая незаметно для нее самой скатилась по щеке.

Виолетта распорядилась, чтобы кормилица подождала ее в вестибюле, а сама устремилась за Талли в гостиную. Она помнила каждую картину и каждую скульптуру, украшавшие Хардинг Хаус. Она слишком поздно поняла, что совершила ошибку, приехав в родовой дом бывшего мужа. Ей следовало бы остановиться в отеле и пригласить графиню к себе.

Талли остановился на пороге гостиной и объявил о приезде леди Невилл.