– Вы говорите искренне?

Блэйк кивнул и поспешно обратился к Катарине:

– Леди Деафильд, не желаете ли совершить завтра поутру конную прогулку?

– Если к нам не откажется присоединиться Виолетта, – улыбнулась предательница Катарина.

Блэйк молча выругался. Дело принимало непредвиденный оборот.

– Неужели леди Гудвин уже научилась ездить верхом?

Впрочем, если ответ будет утвердительным, он не удивится.

– Нет, этому Виолетта еще не обучалась. А почему бы вам не стать ее учителем верховой езды?

Виолетта впилась глазами в Блэйка. Согласие вертелось у него на кончике языка.

– Мое рабочее расписание не позволяет мне согласиться, – ответил он, представив себе, чем может обернуться урок верховой езды.

Блэйк тут же получил под столом удар такой силы, что едва не застонал. Это Катарина выразила свое отношение к его отказу.

– Виолетта приглашена завтра вечером на праздник к лорду Пирсу. Правда, неплохая возможность совершить дебют?

Блэйк тут же решил, что на завтрашний праздник его невозможно будет заманить никакими силами.

В это время явился дворецкий. На столе появился чайник со свежей заваркой, чистые чашки и блюдца.

– Виолетта, милочка, не могли бы вы налить всем чаю? – попросила Катарина. – Виолетта взялась за чайник, а Катарина продолжала: – Блэйк, вы обязательно должны быть завтра у Пирса.

– Я приглашен в другое место, – ответил Блэйк, рискуя быть облитым горячим напитком, потому что рука Виолетты, держащая горячий чайник, угрожающе задрожала.

– Неужели вы не приедете завтра? – в отчаянии спросила девушка, ставя чайник на поднос.

– Боюсь, что нет, – внутренне сжался Блэйк.

– Почему? Это из за меня?

Блэйк снова поразился ее искренности. Он не успел ответить, а девушка уже выскочила из за стола и, переходя на свой ужасный кокни, заверещала:

– Прошу прощения, мне нехорошо, мне надо выйти. С этими словами она бросилась вон из комнаты.

– Что такое! – встала из за стола Катарина и набросилась на Блэйка. – Вы что, явились сюда, чтобы обижать малышку?

– Что вы от меня хотите? Что вам от меня надо? – на сей раз не выдержал Блэйк.

– Вы джентльмен, и вы ее друг, тогда почему вы отказываетесь принять участие в завтрашнем празднике и помочь мне ввести Виолетту в общество?

– Я уже помогал вам на балу, который устраивала моя матушка. Увольте от второй попытки! Что она хочет получить в результате своего самоусовершенствования? Нового мужа? А может, меня?

– Что ты за тщеславный человек, Блэйк, – сказала Катарина. Слова ее были подобны удару хлыстом. – В столице немало партий получше тебя.

– Да, но не для Виолетты, – холодно ответил Блэйк. – Дорогая моя, ты и Виолетта можете придумывать сколько угодно хитроумных планов, только не заставляйте меня быть действующим лицом ваших игр. Во всем остальном вам обеим я желаю удачи.

Неизвестно почему, Блэйк пришел в ярость. Его преследовала мысль о союзе Виолетты с Фэрроу.

– Мы не нуждаемся в твоих пожеланиях, – вскипела Катарина. – Должно быть, в этом сезоне ты будешь единственным джентльменом, который остался слеп и не заметил совершенств этой молодой женщины. Полагаю, что лорд Фэрроу сможет по достоинству оценить изменения, происшедшие с Виолеттой.

– Желаю ему удачи. Прошу простить меня, я опаздываю на деловую встречу.

Блэйк отчаянно врал. До вечера никаких дел у него не было. Он откланялся.

– Ты трус, – бросила ему на прощание Катарина.

– Что, что? – Блэйк сделал вид, что не расслышал.

– Ты прекрасно слышал, что я назвала тебя трусом.