Она с трудом сглотнула.

- Хорошо, ибо впечатление, что я больше всего озабочена тем, как бы попасть в вашу постель, обманчиво. И то, что вы известили об этом газеты…

- Напротив, это вы разговаривали с журналистом, которого я вам представил… - начал было он, но тут же осекся. - Да вы, вижу, не забыли его, - сказал Майкл, когда она отчетливо вспомнила привлекательного молодого человека, с которым они перекинулись парой фраз в фойе театра.

- Но почему же вы не предупредили меня?! - воскликнула Кэрри.

- И что с того? - Он пожал плечами. - Изображение стоит тысячи слов. А потом, почему вас так это беспокоит?

- Потому что другие поверят этому. Люди, которых я знаю.

- Неужели? - Он поднял брови. - С какой стати им так думать, если ваше поведение в прошлом не дает никаких оснований полагать…

- Мое поведение здесь ни при чем.

- …будто вы прыгнете в мою постель, если я приглашу? - закончил Майкл так, словно она ничего не говорила. - Ваш отец, например, подумает так? Или Джулия? Или все те хорошие люди, для которых вы милая славная девочка?

- Нет!

- Конечно же нет! Ваши близкие прочтут эти слова и воспримут их так, как слова того стоят. Они-то ведь знают, или думают, что знают, - а это практически одно и то же, - кто вы на самом деле. Что же касается остальных - тысяч и тысяч, - какое вам дело до них? Они вас не знают и не узнают никогда. - Он вытянул перед собой длинные ноги. - Есть одна старая мудрая поговорка, Кэролайн: не верь тому, что читаешь, и только наполовину верь тому, что видишь.

- А в ней не говорится, как относиться к тому, что слышишь?

Кэрри готова была откусить себе язык, когда глаза Майкла резко сузились.

- И что же вы слышали?

Но прежде чем он смог продолжить, подошел официант с ленчем. К тому времени, когда их обслужили, Кэрри уже собралась с мыслями и обрушила на Майкла целый град вопросов о предстоящей выставке.

Когда она открыла парадную дверь, в холле безостановочно звонил телефон. Майкл ставил машину в гараж, и Кэрри мгновение стояла, уставившись на аппарат и не решаясь поднять трубку. Но поскольку никто, видимо, не собирался этого делать, она все же взяла ее.

- Алло!

- Кэрри! Я весь день ждал твоего звонка. Ты нашла мою записку?

- Здравствуй, Гарри, - спокойно произнесла она, хотя сразу же пала духом при звуке его голоса. - Какую записку?

- Записку… А, неважно! Послушай, я должен увидеть тебя.

- Гарри… Пожалуйста! - взмолилась Кэрри.

- Мне бы хотелось знать, о чем ты думаешь, живя с человеком вроде Майкла О'Берри. Ты совсем с ума сошла? Он - пожиратель сердец! Проклятье! Все это знают. Ты никогда не позволяла мне такого… У тебя просто голова пошла кругом от…

Кэрри положила трубку и, протяжно, с содроганием вздохнув, побежала, чтобы укрыться в своей комнате и под сильной струей душа смыть с себя мерзкие слова. Не замечая ничего вокруг, она внезапно столкнулась с Майклом. Он крепко взял ее за руки, пытаясь успокоить.

- Милосердный Боже! Вас нельзя оставить ни на секунду. - Заметив, как она побледнела, Майкл мягко произнес: - Пойдемте.

Он втолкнул ее в гостиную и, не отпуская от себя ни на шаг, налил бренди.

- Выпейте.

Кэрри совершенно не хотелось - запах ударил в ноздри и у нее запершило в горле, - но Майкл был непреклонен. Девушка неохотно глотнула, и спирт ожег ее, резко возвращая к жизни.

- Извините, Майкл. Он был так зол…

- Вас это удивляет? Нужно быть совсем сумасшедшим, чтобы звонить ему в отель.

- Нет! - Она отскочила.

- Не лгите самой себе, Кэролайн. Гарри женился на другой, и чем скорее вы смиритесь, тем лучше.