- Я вовсе не питала смутных надежд. Все было вполне определенно: Гарри попросил моей руки, когда приезжал домой на Рождество.

Если Кэрри рассчитывала на то, что этот аргумент заткнет ему рот, она глубоко ошибалась.

- Но вы не носили кольца.

Майкл ей не верил.

- Нет, - сказала Кэрри, надеясь, что он наконец оставит эту тему, но Майкл сделал нетерпеливый жест, побуждая ее продолжать. - Мы… поссорились.

- Значит, вы послали ему приглашение на свадьбу в качестве оливковой ветви. - Он встал, сделал несколько шагов и обернулся к Кэрри. Его глаза в надвигающихся сумерках казались грифельно-черными. - И он приехал. - Майкл смотрел на нее так, словно видел впервые. - Господи, он приехал! Должно быть, под вашей маской наивной простоты скрывается великолепная актриса. Неужели в вас нет ни капли жалости к Лесли, неужели вы не способны пощадить это юное создание?!

- С ней все будет в порядке, Майкл. Я… - Кэрри вскрикнула, когда он схватил ее за запястье и рывком поднял на ноги.

- Вы бездушная маленькая сучка. Я отлично знаю, что у вас на уме. Мне известно, как вы упрашивали его вернуться к вам.

- Майкл, - взмолилась она, - выслушайте меня. Я не…

- Нет, это вы послушайте меня! - воскликнул он. - Я думал, вы смирились, стараетесь справиться с собой. Несмотря на все, что Джулия рассказала мне о вас, я был обманут невинным выражением этого миленького личика. - В его голосе звучало глубокое отвращение к себе за свою доверчивость.

Он глубоко вздохнул, пытаясь справиться со злостью, и, когда заговорил вновь, слова его падали как льдинки.

Гарри Клейтон, возможно, жалеет о своей поспешной женитьбе, но надвигающееся отцовство заставит почувствовать ответственность, и вы уже не сможете сбить его с пути истинного…

- Откуда вы узнали, что Лесли беременна?

Он не ответил.

- Ну и парочка! - Его презрение было почти осязаемым. - Честно говоря, вы заслуживаете друг друга, но Лесли и ее ребенок не должны пострадать. Клейтону придется жить с плодами содеянного, равно как и вам. Но поскольку стало совершенно очевидно, что не удастся убедить вас выйти с честью из положения, я вынужден что-нибудь предпринять сам.

- Что вы собираетесь делать? - спросила Кэрри, тщетно стараясь освободить запястье из его мертвой хватки. - Учтите, Майкл, ваша попытка заставить всех поверить в то, чего нет, зашла слишком далеко…

- В таком случае следует прекратить этот дурацкий спектакль. - Он был очень спокоен. - И сыграть по-настоящему.

- Что?…

Без видимых усилий он медленно притянул ее к себе, и Кэрри почувствовала жар его тела сквозь тонкую ткань рубашки и мерное биение сердца под пальцами, когда, попытавшись воспротивиться, уперлась ладонями ему в грудь. Его свободная рука оказалась на спине девушки, еще плотнее прижимая ее, и Кэрри со зловещей отчетливостью поняла, что он собирается заняться с ней любовью.

Однако любви в его действиях не было ни на грош. Он делал все хладнокровно и расчетливо, с уверенностью, что, как бы Кэрри ни противилась, она в конце концов более чем охотно упадет в его объятия. Он продемонстрировал свое могущество, когда, поцеловав в театре, заставил ее потерять голову. А еще он ошибочно полагал, что она и Гарри были любовниками. Возможно, он задумал избавить ее от воспоминаний… заставить забыть?

Вскрикнув словно пойманный зверек, Кэрри начала отчаянно сопротивляться, и Майкл слегка поддался ей, позволив колотить себя бессильными кулачками по широкой груди и могучим плечам, давая понять, как тщетны любые попытки противостоять его воле.

Но все это время он не переставал крепко прижимать Кэрри к себе. Ее чувствительные соски задевали его грудь, живот прижимался к пугающей мощной и притягивающей восставшей плоти, а ноги, облаченные в джинсы, едва сдерживали напор его бедер.