Чтобы сбросить напряжение, я поднялась со стула и принялась расхаживать по кухне:

— Ну ладно, раз ты думаешь, что беспокоиться не о чем… Но я сейчас всё равно пойду в аптеку ароматов. В любом случае планировала сегодня заняться набросками Даана к «Аромату конечности». Ты со мной?

— Уговорила. — На лице Матса появилась эта его особенная ухмылка, которая всегда заставляла меня улыбнуться в ответ. — Только зубы быстро почищу. — И он побежал к лестнице.

Джинсы и футболку он успел надеть до того, как отворил мне входную дверь. И хорошо — подумала я, ожидая его возвращения. Если бы он появился в дверном проёме в одних боксёрах, я бы наверняка покраснела до кончиков ушей.

Наконец Матс был готов. Спустившись с лестницы, он махнул мне рукой, и мы вышли из дома. Теперь его лицо уже не казалось таким безмятежным.

— Знаешь, сейчас первым делом нужно проверить, всё ли на месте в аптеке ароматов. А то ведь в прошлый раз, когда Бонски сюда наведывался, мы лишились метеоритного порошка.

Я с облегчением кивнула. Значит, Матс всё-таки не пропустил мои слова мимо ушей и отчасти разделяет мою тревогу. При мысли о метеоритном порошке я зашагала в два раза быстрее. И правда, как это раньше не пришло мне в голову!

Обогнув виллу «Эви», мы подошли ко входу в стеклянную оранжерею высотой с дом. Я вытащила из кармана ключ и отперла тяжёлую задвижку. Стеклянная дверь на причудливых металлических стойках отворилась, и сердце у меня забилось чаще. Хотя мы теперь довольно часто бывали в аптеке ароматов, я всякий раз входила сюда с каким-то трепетом. Матс за моей спиной осторожно закрыл дверь, щёлкнув замком. Вдохнув привычный влажный воздух, напоённый ароматами трав и цветов, я почувствовала себя дома.

Матс, казалось, действительно забеспокоился. По крайней мере, шагая за мной по проходу меж густых зарослей, он то и дело внимательно осматривался по сторонам, словно ожидая, что мы вот-вот наткнёмся на какой-то сюрприз.

Но всё было в точности как обычно, поэтому я прошла напрямую к сараю с инструментами, нетерпеливо махнула рукой Матсу и, очутившись внутри, нажала на рычаг в полу. Матс встал вплотную рядом со мной, и мы, как на карусели, повернулись вместе с полом на девяносто градусов.

Когда стена перед нами остановилась, мы пошли к лестнице, ведущей вниз. Нам больше не нужно было так тесно прижиматься друг к другу, и я наконец-то вздохнула с облегчением.

— Надо бы тут кому-то прибраться, — пробормотал себе под нос Матс, схватившись за пыльные перила, и стал спускаться по ступенькам в подземный ход.

— Да, кому-то надо бы, — ответила я, спускаясь следом. Похоже, Матс полагал, что сам он тут случайный гость.

Мой взгляд скользнул по обоям в цветочек и развешанным на стенах чёрно-белым фотографиям. Каждый раз, когда мы попадали сюда, из золотых рам нас приветствовал первый аромате- карь виллы «Эви» Даан де Брёйн. Иногда мне казалось, что снимки из многочисленных экспедиций призваны напоминать нам о том, как сложно было создать аптеку ароматов и как важно теперь её бережно сохранять.

У нас над головами гудела старая газовая лампа. Наверное, Ханна уже ждала нас внизу.

Ханна была единственной ныне живущей наследницей Даана, и я часто задавалась вопросом: как же так вышло, что сентифлёр не она? Всё-таки Даан её прапрадедушка, а не мой. Кроме того, она выросла на вилле «Эви» и видела своих родителей и дедушку с бабушкой за работой. Выходит, этот дар по наследству не передаётся? Выходит, это просто дело случая, обычное совпадение?

Толкнув тяжёлую деревянную дверь, мы очутились в царстве искрящихся и булькающих разноцветных флакончиков, которыми от пола до потолка были заставлены полки вдоль стен.