Стеклянные двери раздвинулись, и я услышала, как Сирелл вышел в соседнее помещение — то самое, через которое мы сюда проникли. Тем временем Матс дотянулся до ампулы и теперь, крепко сжимая её в кулаке, подтянулся на руках, чтобы приподняться как можно выше.

Стеклянные створки начали медленно сдвигаться.

— Счастливо оставаться! — бросил Сирелл из-за дверей, стянув с лица защитную маску. На губах у него играла улыбка победителя.

И тут Матс, всё ещё полулёжа, размахнулся и швырнул чёрную стеклянную ампулу в сторону раздвижной двери. Между её створками оставалась лишь узкая щель, и я с замиранием сердца смотрела, как маленькая трубочка летит по воздуху.

Просто невероятно — но у Матса всё получилось! Он сумел так хорошо прицелиться, что ампула влетела точнёхонько в щель и, упав на пол, разбилась вдребезги.

Хлоп. Створки сомкнулись.

С открытым ртом я наблюдала, как за стеклом с пола поднимается и клубится чёрный туман. Поискав глазами Сирелла, я обнаружила лишь неподвижный силуэт во мгле. Он словно превратился в камень.

А потом застывшая в неестественной позе фигура с грохотом рухнула и утонула в тумане.

* * *

В лаборатории всё смолкло. Тишину нарушало лишь гудение оборудования и баков. Кто-то невысокий поднялся и встал рядом со мной, нетвёрдо держась на коротких ножках.

— Бенно! — воскликнула я, отметив, что сказала это вслух. Мой голос снова был слышен не только мне, но и окружающим. Я попыталась подняться на ноги, ощущая в них сильное покалывание. Казалось, они просто затекли.

Бенно наклонился, обнял меня и зарылся лицом мне в волосы.

— Это было так ужасно! — всхлипнул он, и я почувствовала, как волосы у меня намокли.

Я перевернулась и крепко прижала к себе Бенно.

— Дай мне руку, — раздался мой любимый голос. Надо мной склонилось лицо Матса. Он помог мне подняться на ноги и крепко прижал к себе, чтобы я снова не завалилась на пол. У меня по коже вновь побежали мурашки, но на этот раз дело было не в остаточном действии «Мглы окаменения», а во взгляде Матса. Он смотрел на меня, и его карие глаза излучали тепло. Прямо как раньше, до всей этой истории.

— У тебя получилось, — прошептала я ему.

Матс покачал головой и улыбнулся:

— У нас получилось. У нас обоих. Ароматекари навсегда. Помнишь?

В ответ я лишь кивнула, не в силах сказать что-то ещё. Я просто была счастлива — невыразимо счастлива, что он снова был на моей стороне.

Только теперь я заметила, что дворецкий тоже зашевелился. Он растерянно крутил головой, озираясь вокруг. Я с облегчением поняла, что «Аромата конечности» хватило и на него и теперь он постепенно освобождается от действия «Тумана верноподданничества».

Все остальные вокруг тоже пришли в движение. Камилла уже стояла на ногах и беспокойно вглядывалась во мглу за стеклянными дверями. Бонски тоже поднялся и помог встать на ноги Элоди. Леон потирал голову и недовольно бурчал, что набил шишку.

— Идём, идём. Сюда! — Голос Бенно мгновенно вырвал меня из безмятежности. Но, как оказалось, мой младший брат обращался вовсе не ко мне, а к Леону. Он за руку тащил его к лестнице, ведущей наверх, туда, где располагались крышки гигантских баков.

Я насторожилась.

— Что ты там забыл? — крикнула я самым строгим своим старшесестринским тоном, на который была способна.