Дереку пришлось успокаивать и гладить по плечу уже третьего человека за день.

– Прости меня, – сказала Лиз.

– За что это ты извиняешься? Сэму помогут благодаря тебе.

– Да я не об этом, – сказала она. – Прости, что ничего тебе про это не рассказывала. Я знаю, что ты не хотел, чтобы я в это все ввязывалась. Но я все равно ввязалась, приставала к людям, расспрашивала.

Дерек снова позволил ей договорить. Он молчал, из-за чего Лиз показалось, что он злится. Руку с ее плеча Дерек не убрал – хороший знак.

Наконец он заговорил.

– Ты правильно поступила, – сказал он. – Если бы ты не лезла в это дело, что ж… Кто знает, чем бы все закончилось.

Лиз шмыгнула носом. Ароматизированных платочков давно не осталось, но, к счастью, Дерек тоже всегда носил с собой упаковку. Они не промокли под дождем, потому что лежали во внутреннем кармане.

– Я не всегда понимаю тебя, – сказал Дерек, доставая платочек. – Но я знаю, что ты по-другому не можешь. И люблю тебя.

Лиз ушла в туалет с еще двумя бумажными платочками в руках и сумочкой, чтобы попытаться сгладить нанесенный погодой и эмоциями урон. Она вернулась и увидела, что Дерек с кем-то разговаривает. Пэт. Ее волосы были такими же растрепанными, как у самой Лиз.

Ее снова охватил страх. Что Пэт делает в больнице в такое время?

Глава 27,

 В которой разгорается очередной скандал, а в садовом центре строятся дикие догадки

«Судья» (полное название «Судья, благослови наш город Рипон») был из тех онлайн-журналов – автор неизвестен, – которые стремятся доносить до читателей те события, которые по разным причинам не дошли бы до официальных местных новостей. Слухи, жалобы, недовольства каждую неделю были в электронном виде представлены всему населению Рипона. Кто-то над журналом смеялся, кто-то его осуждал, но почти все так или иначе читали. В нем писали про стихийные свалки, дыры в дорогах и прочие вопросы, интересные только местным.

В среду вечером там запостили новость – слитое личное письмо, в котором обсуждался какой-то «решенный вопрос» между академическим трастом Бахт-ат и крупным местным застройщиком, что-то по поводу превращения зданий колледжа в дорогущий комплекс высококлассных квартир. Письмо дополняли отсканированные материалы документа «Рипон и колледж Святой Беги: к светлому будущему», по которым становилось совершенно понятно, что компании на стадии консультаций. И хотя никто в городе не расстроился бы, потеряй они колледж, а новые квартиры точно пригодятся, жители Рипона были недовольны, что нечто подобное происходит за их спинами. К утру всех распирало от несправедливости и злости, этим делились в сообщениях, постах и при личном общении.

У Тельмы от этого поворота событий тело забывало, как дышать. Прошлым вечером они с Тедди успели обменяться лишь парой слов в перерывах между поступающими ему звонками. Брамми Морин, как тигрица, защищающая своих котят, собрала вокруг себя сотрудников факультета. Было назначено собрание.

Утром Тельма разобрала посудомойку, а когда выпрямилась, заметила, что ее муж снова стоит в саду с кружкой кофе в руках и, казалось, рассматривает, как клематис ползет по стене.

Она налила себе кофе и вышла к нему. После вчерашнего урагана утро было спокойным, солнечный цвет блестел, радостно отражаясь от луж.