– Мне показалось, что ты так расстроилась, ну, после… после того отвратительного письма.

Джен хохотнула.

– А, это! – как ни в чем не бывало сказала она. – Я скорее была в шоке. Сейчас я смеяться с него готова.

– Правда?

– Лиз, знаешь, если кто-то хочет мне что-то сказать – и выбирает сделать это таким способом… то проблема скорее не во мне. Я так Кейли и сказала: упав, надо встать и идти дальше, шаг за шагом. Чего шумиху поднимать?

– Ты с Кейли разговаривала?

– Она такая умница, Лиз. Каждый день мне звонила, узнавала, как у меня дела.

Иголки обратились огромными копьями. Значит, Джен выбрала Кейли Бриттен, ту, что месяцами портила ей жизнь, а не ее, верную подругу, которая через столькое с ней прошла?

– Главное, что у тебя все хорошо, – сказала Лиз, голосом показывая, что разговор закончен.

– Так, а звоню я знаешь почему? – Джен вдруг перешла на очень деловой, формальный тон. – Я понимаю, что ты испугалась за меня, это очень-очень мило с твоей стороны, но для нас очень, очень важно, чтобы об этом никто не узнал. – Таким спокойным и уверенным голосом она обычно разговаривала со своими отстающими детками. – Даже хорошо, что ты решила не возвращаться в школу.

– Я не… – начала Лиз, но Джен уже было не остановить.

– Ты же понимаешь, какая у нас сложилась трудная ситуация. Не для меня, конечно, с меня как с гуся вода (тут Лиз была почти готова бросить трубку) – но некоторые бедняжки принимают все это очень близко к сердцу. Кейли просто лапочка, всем звонит, поддерживает. Но нам не нужно, чтобы об этом гудел весь Тирск. Я знаю, как бывает, когда вы с Тельмой и Пэт проводите время вместе. – Джен засмеялась сначала низко, потом выше и снова низко. – Лиз, пойми, сплетни только раздуют из этой мухи слона.

Лиз думала, что к тому моменту, как она повесит трубку, Дерек уже уйдет на пробежку, но он ждал на кухне. Он посмотрел на жену.

– Чего Джен хотела?

– Поболтать.

– Ты же обещала больше не вмешиваться.

– Я и не вмешиваюсь!

Лиз тут же пожалела, что вспылила. Она следила за тем, как одетый в спортивный костюм муж исчезает за поворотом, и ненавидела себя за то, как легко и малодушно научилась ему врать.

* * *

Душ выключился, было слышно, как Дерек кряхтит, нагибаясь, чтобы протереть пальцы ног. Лиз убрала ноутбук в сумку. Пора обо всем этом забыть. Особенно про Джен, у нее, очевидно, все и так хорошо. Даже отлично…

Крики где-то вдали… Дым… Что ты наделала? Джен не стала бы слать письмо себе? Да ведь? Лиз, злясь на себя, покачала головой.

Джейкоб, погруженный в книгу, лежал на ковре на животе.

– Как прогресс?

– Я на Джозефе Эллисоне Лидстере, – сказал он. Прямо сейчас Джейкоб создавал альбом, каждая страница была посвящена памяти одного погибшего на «Титанике» пассажира.

– Все еще третий класс?

– Бабушка, я еще даже половины не сделал, – по голосу было ясно, что он наслаждается.

Сосредоточенность и целеустремленность внука что-то задели в Лиз, отчего живот вдруг скрутило.

– Я купила тебе еще черной ленты, – сказала она. – Заберешь из сумки, где-то рядом с жестянкой со швейцарскими конфетами. Деду скажи, что я поехала в садовый центр.

* * *

– Я ехала мимо, – выпалила Лиз. – Возвращалась из садового центра.

Это не полнейшая ложь, твердила она себе. В садовом центре она и правда была. Лиз положила цветочный каталог на заваленный журнальный столик.

Было просто найти квартиру Бекки Клегг в Рипоне, у самого канала. Нужно было только найти ее красный «Фиат», а затем прочитать все адресники, пока не найдется нужный.