Она вздрогнула и переступила через корсет.

— Спасибо большое.

— Не за что, — прошептал Ник.

— Можно мне одеяло?

Синтия встряхнула платье, когда Ник открыл шкаф у кровати и достал одеяло из тонкой красной шерсти. Его расстроила эта просьба, но, с другой стороны, он был бесконечно благодарен ей, что она завернется в одеяло и уйдет. Ему нестерпимо хотелось обладать ею, но это было бы неправильно.

— Вот, — начал он, повернувшись и протягивая одеяло.

Но вид Синтии остановил его. Ночная рубашка, в которой она спала, была слишком большой, чтобы хотя бы намекнуть на формы тела, прятавшиеся под ней. Но ее сорочка… Ее сорочка оказалась тонкой вуалью. Влажная ткань прилипла к груди и расширялась книзу, обтягивая бедра. Розовые, соски просвечивали сквозь ткань, грудь оказалась удивительно полной и округлой.

Синтия Мерриторп была чувственной мечтой.

Словно прочитав его мысли, Синтия скрестила руки на груди.

— Можно мне взять это, или ты решил оставить его для себя?

— Что?

Он отдаст ей все, что она пожелает.

— Одеяло.

— Ой, конечно. — Понимая, что искушает зверя внутри себя, и что здравый смысл давно покинул его, Ник преодолел пространство, разделявшее их. Он развернул одеяло и накинул ей на плечи. Теперь он был слишком близко, Невозможно близко к ней.

Его совесть споткнулась о тонкую грань и исчезла. Ланкастер взял Синтию за подбородок и заглянул в счастливые глаза.

— Ты так прекрасна!

Эти глаза расширились, и счастье перешло в крайнее изумление.

— Что прости?

— Ты так прекрасна, Син.

Он обвел пальцем ее подбородок и двинулся дальше к уху. Он почувствовал, как болезненно откликнулось его тело, и сердце тоже.

— Ник? — Синтия накрыла его руку своей.

— Прости, — выдохнул он и прижался губами к ее губам.

От нее все еще пахло дождем, как будто она была самой чистой на свете. Еще одно напоминание, что он должен оставить ее такой же.

Рука Ланкастера скользнула по ее шее и ниже, но Синтия не двинулась с места. Казалось, что она даже не дышит. Но когда он коснулся рукой ее груди, она задохнулась. Ее грудь тяжелым весом покоилась у него на ладони. Он коснулся большим пальцем соска, изумившись контрасту твердого и мягкого. Синтия хмыкнула.

— Тебе нравится?

Она кивнула, прикрыв глаза, когда Ланкастер отодвинулся немного, чтобы посмотреть на нее.

— Ты восхитительна!

Стремясь к большему, он потянул сорочку вниз, чтобы обнажить сосок. Он коснулся темно-розового ореола подушечкой пальца и увидел, как сосок напрягся, затвердев еще больше.

— Ник, — прошептала Синтия.

Он еще раз обвел пальцем вокруг соска, потом потянул сорочку и стянул ее полностью вниз.

От вида ее обнаженного тела у него перехватило дыхание. Полная грудь казалась теперь еще полнее на фоне тонкой талии и округлых бедер.

Ланкастер смотрел на нее во все глаза, а она прикрыла рукой темный треугольник волос внизу живота. Он положил руку поверх руки Синтии и прижал ее к телу.

— Не прячься, — пробормотал он. — Ты такая красивая.

Она приоткрыла губы, дыхание ее участилось.

Ланкастер осторожно убрал ее руку. Вид темного треугольника сразил его сердце.

И вскоре то, что они с Синтией остались вдвоем, уже не казалось ему ошибкой.

Глава 13

То, как он пристально ее рассматривал, наполнило Синтию желанием снова прикрыться. Ни один мужчина не видел ее обнаженной. Ни Ричмонд, ни даже Джеймс.