– Будем надеяться, – уклончиво ответил Билл. – Хотя с теми средствами, которыми я располагаю, едва ли мы получим на выходе некое подобие отеля «Ритц».

Как только Билл направился в спальню, Сесили тут же поспешила за ним. Закрыв за собой дверь, Билл принялся стаскивать с себя одежду и, оставшись в исподнем, полез в кровать.

– А ты заметно округлилась, – отметил он, окинув взглядом жену, уже успевшую переодеться в ночную сорочку.

– Да, немного поправилась, ты прав. Послушай, Билл… – добавила Сесили торопливо, увидев, что муж уже приготовился выключить ночник на своей прикроватной тумбочке.

– Слушаю тебя.

– Хочу сказать, что мои родители переслали телеграфом определенную сумму денег в качестве свадебного подарка. Для нас двоих, само собой. Во всяком случае, сейчас я могу материально поучаствовать в отделке дома и в его меблировке, а также сделать какие-то дополнительные взносы на завершение всех строительных работ.

– То есть ты хочешь сказать, что твои родители обеспечили тебя приданым, да? Очень щедро с их стороны. Не стану отрицать, эти деньги нам весьма даже кстати. Потому что так оно и есть на самом деле. Знаешь, я порой сам удивляюсь, почему я зарабатываю на жизнь разведением скота. Ведь в итоге я имею весьма скромный доход, особенно если вспомнить, сколько времени у меня отнимает это занятие плюс целая куча дополнительных проблем.

– Наверное, ты занимаешься животноводством, потому что тебе это нравится.

– Все так, – согласился он. – С трудом представляю себе, как это можно высиживать в каком-нибудь офисе ежедневно с девяти утра и до пяти вечера. Джосс говорит, что, если начнется война, им потребуется много мужчин призывного возраста. Он и сам подумывает, чтобы поступить на службу в Кенийский полк. Наверное, я тоже последую его примеру, когда наступит такое время.

– Но ведь ты уже вышел из призывного возраста, разве не так? – спросила Сесили, не в силах скрыть своего ужаса.

– Ну, не такой уж я дремучий старик, моя милая леди, – невесело пошутил в ответ Билл.

– И тебе нужно будет обязательно отправляться на фронт?

– Думаю, да. Не смогу я отсиживаться здесь в теньке и судачить с местными старейшинами, обсуждая последние новости с фронта, пока моя страна и мои соотечественники будут принимать удар на себя. Понимаешь? Однако пока еще ничего страшного не случилось, а потому, как говорится, поживем – увидим. – Билл перевернулся на другой бок. – Спокойной ночи, Сесили.

30

Сесили с Биллом переехали в свой новый дом в конце июня. Наверное, в Сесили проснулся прирожденный женский инстинкт – вить свое гнездо, все последние недели она провела в домашних хлопотах: подбирала колер для стен в комнатах, ткань на занавески, кухонную утварь и посуду (все это закупалось в хозяйственном отделе галантерейного магазина в Найроби). Сесили страшно обрадовалась, когда Билл появился дома в первых числах июня и сообщил ей, что в Момбасе прибыл из Америки контейнер с мебелью. Этот контейнер спустя неделю грузовиком доставили на ферму.

Сейчас, днями напролет занимаясь обустройством своего нового дома, Сесили, по крайней мере, реже обращала внимание на регулярные отлучки Билла. А тот был постоянно занят: либо проверял состояние стада, либо перегонял коров назад на горные пастбища, ибо сезон дождей уже закончился, либо пропадал на охоте, либо отправлялся проведать своих друзей из племени масаи.

– Хочу познакомить тебя с некоторыми из них, – обронил он как-то в разговоре с женой, когда на короткое время в очередной раз возник дома. – Меня завораживает образ их жизни.