Её внимание привлекла вертолётная площадка — небольшая, но оборудованная по всем правилам, с разметкой и сигнальными огнями. Судя по всему, здесь регулярно принимали воздушный транспорт. И это объясняло, почему комплекс был построен так далеко от города — чтобы обеспечить конфиденциальность прилетающих гостей.

Рядом с площадкой стоял небольшой павильон — что-то вроде зоны ожидания для пассажиров. Анна направилась к нему. Внутри обнаружилась комфортная обстановка: мягкие кресла, кофемашина, ящик со льдом, в котором ещё хранились бутылки минеральной воды и энергетические напитки. И что-то ещё — небольшой предмет, упавший под кресло, блеснувший металлом в тусклом свете вечера.

Анна наклонилась и подняла его. Это оказалась небольшая флешка, вставленная в изысканный металлический корпус с выгравированной монограммой: «М.З.».

— Михаил Зорин, — пробормотала она. — Неужели наш «Стратег» был здесь лично?

В этот момент в наушнике раздался голос Дорохова:

— Анна, ты должна это увидеть! В его телефоне — переписка с контактом под именем «С.». Судя по всему, это и есть наш «Стратег».

Анна поспешила обратно. Дорохов протянул ей телефон Кравченко, на экране которого была открыта переписка в одном из защищенных мессенджеров.

«Объект С.В. проявляет нестандартную реакцию на препарат. Наблюдается частичная резистентность».

«Это ожидаемо. Продолжайте наблюдение. Её ДНК содержит уникальные маркеры».

«Доктор К. настаивает на применении протокола V-18. Считаю это преждевременным».

«К. получила разрешение. V-18 в её распоряжении. Вы отвечаете за сбор данных. В случае нейтрализации объекта — обеспечьте сохранность тканей для последующего анализа».

Последнее сообщение было отправлено всего час назад.

— Боже, — выдохнула Анна. — Они говорят о Софье как о подопытном образце. Как о вещи.

— И похоже, что этот «Стратег» — научный руководитель всей программы, — кивнул Дорохов. — Он дает указания, одобряет планы, контролирует процесс. Но делает это дистанционно.

— Проверь, есть ли в телефоне фотографии этого человека. Или голосовые сообщения. Что-то, что поможет нам установить его личность.

Дорохов пролистал переписку, затем проверил галерею и диктофон.

— Только текстовые сообщения. Никаких фото, никакого голоса. Он очень осторожен.

— Тогда проследи по метаданным. Откуда приходили сообщения? Может быть, геолокация?

— Шифрование на высоком уровне, — Дорохов покачал головой. — Нужны специалисты, чтобы взломать.

— Хорошо, — Анна взяла телефон и спрятала его в специальный контейнер для улик. — Отправим в лабораторию. Может быть, они что-то найдут.

Внезапно в наушниках раздался голос командира группы спецназа:

— Внимание всем! Обнаружен подземный уровень! Повторяю: под основным подвалом есть ещё один уровень! Вход замаскирован за фальш-стеной в архиве!

Анна и Дорохов переглянулись.

Замаскированный вход в подземный уровень находился в дальнем конце архива, за массивным шкафом с документами. Только случайность помогла обнаружить его — один из спецназовцев, помогая эвакуировать документы, оперся о шкаф, и тот неожиданно отъехал в сторону, открывая узкий проход.

Анна и Дорохов спустились по крутой металлической лестнице. Воздух здесь был сухим и прохладным, пахло озоном — как в серверной. Тусклое аварийное освещение бросало красноватые отблески на стены.

— Похоже, система затопления сюда не распространяется, — заметил Дорохов.