Ее приятно поразило то, что Лукас остановил свой выбор именно на этом ресторане. Он помещался в отреставрированном старинном особняке, расположенном в пригороде, далеко от тех ресторанов, которые принято считать наиболее шикарными в их городе. Тут свет не резал глаза, а приглушенная музыка, оставаясь приятным фоном, не мешала разговору. Вообще вся здешняя атмосфера была очень чинной, очень спокойной, а кухня оказалась просто отменной.

Круглые столики, покрытые накрахмаленными скатертями, твердые накрахмаленные салфетки, фарфор тонкой работы. Столы располагались на порядочном расстоянии друг от друга, что располагало к приватной беседе.

Общее впечатление – благородства и элегантности. Такое же впечатление произвел на Фриско винного цвета автомобиль, в котором Лукас привез ее сюда.

– Тут все едва ли не самое лучшее, что только возможно приобрести за деньги, – заметила она и, поблуждав взглядом, посмотрела на него.

– Пожалуй. – Он улыбнулся и поднял бокал с каберне в направлении Фриско. – Я так и думал, что вам здесь понравится.

Скажите, пожалуйста, какая уверенность. Надо было как то отреагировать на его слова. Но сдерживать давно подступивший смех Фриско более не хотела – и поэтому рассмеялась мягким грудным переливом.

– Интересно, каким же это образом вы разузнали про этот ресторан? – поинтересовалась она, тем самым несколько подыгрывая Маканне, ибо помнила, что прежде всего и главным образом она приехала сюда и согласилась поужинать, чтобы уладить отцовский вопрос. – Должно быть, по объявлению?

– Нет. – Его улыбка сделалась шире, придав лицу несколько, пожалуй, коварное выражение. – Несколько месяцев тому назад я заключил одну сделку, и мои деловые партнеры пригласили меня сюда. Они также пытались сделать мне приятное.

– Также? – Фриско нахмурилась. – Не вполне вас понимаю.

– Я вижу.

Фриско даже и не пыталась скрыть свое удивление.

Лукас переменил тему разговора.

– Между прочим, мне очень понравился ваш особняк. Там все так мило. Это первый дом в Рэндоре, где я побывал.

– Спасибо, – сказала она и, не желая оставлять тему непроясненной, посчитала нужным заметить: – Только это вовсе не мой дом. Там живут родители.

– Стало быть, вы?..

– О, давно уже не живу. Как только окончила колледж, так сразу и переехала.

– В таком случае, где же именно вы обитаете?

– В центре города.

– А где именно? – не унимался Лукас. – Вы живете одна?

То напряжение, которое почувствовала Фриско, когда вчера увидела Лукаса в кабинете отца, потихоньку исчезало. И вот теперь, едва только он принялся расспрашивать ее о личной жизни, как настороженность вернулась. Не отдавая себе в том отчета, Фриско выпрямилась за столом и произнесла весьма официально:

– Не понимаю, почему вас это интересует.

– А вот и напрасно, напрасно, – произнес он мягким голосом с едва слышными металлическими нотками. – Я ведь говорю не просто так, о чем ни попадя, а о делах. О своих и о делах вашего отца. – Взгляд его сделался сардоническим. – Следует ли мне напоминать вам о том, что никто вас не приглашал влезать в наши дела, вы вмешались по собственной своей инициативе.

Ах ты мразь… Впрочем, ничего такого вслух Фриско не произнесла, но, напротив, заставила себя улыбнуться непослушными губами.

– Ну а теперь, после того как мы кое что расставили по своим местам, – и Лукас ответил ей обаятельной улыбкой, – теперь я хотел бы от вас услышать, где именно вы живете. И постоянно ли вы в одном и том же месте?

Будь у нее такая возможность, Фриско готова была немедленно уничтожить этого человека или хотя бы послать куда подальше.