В тот день они никуда не пошли — сидели у костра, и он рассказывал. Порой прикрывал глаза, словно заново видя перед собой происходившее, и после короткой паузы продолжал свою историю.

К моменту Перемены Джеду Карни было девятнадцать лет. Молодой морской пехотинец, недавно закончивший обучение на военной базе в Сан-Диего, он вместе со своим взводом был прикомандирован к USS «Миссисипи» — новейшей многофункциональной атомной подлодке Военно-морских сил США.

В один прекрасный день всем морпехам дали увольнительную на три дня — по словам знающих людей, это значило, что в ближайшее время подлодка надолго уйдет в море.

Джед поехал в Лос-Анджелес, к маме. При встрече обнял ее и впервые понял, какая она по сравнению с ним маленькая и хрупкая — как птичка. Она радостно хлопотала вокруг него, рассказывала, как работает волонтером в детский больнице, с гордостью продемонстрировала растущее на подоконнике лимонное деревце с крохотными зелеными лимончиками и смеялась, что по телевизору опять, в который раз уже, пугают концом света — пора бы придумать что-то новенькое.

Через три дня он вернулся на базу, на следующий день «Миссисипи» вышла в море и началось плавание — самое долгое плавание в его жизни.

День тянулся за днем, неделя за неделей. Куда они плыли, зачем — никто не знал. То есть, наверное, знал командовавший взводом лейтенант, но рядовым он об этом не докладывал.

Лишь потом, задним числом, Джед узнал, что когда падение метеорита стало неизбежностью, «Миссисипи» было приказано уйти на юг, в полярную область, и переждать катастрофу там, после чего пройти вдоль Атлантического побережья Африки и Европы, оценивая обстановку и степень разрушений, и вернуться на базу в Род-Айленде.

Перед лодкой стояла и еще одна задача — при необходимости забрать тех сотрудников американских посольств, которые не будут эвакуированы до катастрофы. Поскольку средства связи могли на какое-то время выйти из строя, на побережье были назначены шесть точек рандеву.

Само падение прошло почти незаметно — лодку лишь слегка качнуло. Сразу после этого оборвалась связь со штабом, все попытки восстановить ее были напрасны.

И «Миссисипи» пошла на север, вдоль побережья Африки, изглоданного волнами, с разрушенными прибрежными деревнями. Чем дальше они продвигались, тем виднее были следы катастрофы. Кое-где береговая линия изменила свои очертания — большие участки суши опустились, образовав новые бухты и заливы.

В первых двух точках рандеву ни на выпущенные в воздух ракеты, ни на троекратный вопль сирены никто не отозвался. В третьей точке, на побережье Испании, в ответ на ракеты на берегу вспыхнул костер. Посланная на берег шлюпка привезла двух сотрудников посольства и женщину — молодую испанку.

Работники посольства — военный атташе и один из секретарей — рассказали о царящем в стране хаосе, о том, что нет электричества, не работают телефоны и с каждым днем становится все холоднее.

Сами они добрались до побережья чудом, отразив нападение мародеров; последние сорок миль шли пешком — закончилось горючее. Женщину они встретили по пути — она копалась в пепелище сгоревшего дома. Ее муж и дети остались внутри, сама она выжила лишь потому, что перед тем, как поджечь дом, мародеры вытащили ее на улицу и насиловали, пока она не потеряла сознание, а потом поленились добить.

Хотя капитан Саммерс должен был брать на борт лишь работников посольства, но после того, как он узнал это, у него не хватило духа оставить ее на берегу.

В районе Кале на очередной точке рандеву их ждал второй секретарь посольства и с ним — восемнадцать человек. Капитан взял всех, уже не спрашивая, кто они — и мужчин, и женщин, и девочку-подростка, кутающуюся в мужское пальто, и старуху с двухлетним мальчонкой на руках.